Журнал Берлинский Телеграф

Лагерные шрамы Соловецкого монастыря

 

После закрытия Спасо-Преображенского ставропигиального мужского монастыря в 1920 году Соловецкие острова были переданы ОГПУ для организации Соловецкого лагеря особого назначения (СЛОН). Тогда было принято решение “признать необходимым ликвидацию всех находящихся в Соловецком монастыре церквей, считать возможным использование церковных зданий для жилья, считаясь с остротой жилищного положения на острове”. Практически все помещения, созданные в разные времена для жизни монахов и священнослужителей, были переоборудованы в тюрьмы и карцеры. Камеры располагались в стенах самого монастыря, а в удаленных скитах устраивали штрафные изоляторы, куда ссылали непокорных.

Самым страшным местом на острове стал Свято-Вознесенский скит на Секирной горе. В каменном трехъярусном храме XIX века был устроен мужской штрафной изолятор, где заключенные терпели мучительные пытки и наказания. Сюда отправляли за попытку побега, отказ от работы, исполнение религиозных обрядов, нарушение лагерного режима и другие провинности. В изолятор помещали на срок от одного месяца до года. Больше здесь не выдерживали.

Окна церкви, где содержались узники, были забиты, помещения не отапливались даже зимой, никаких условий для ночлега там не было. Письма, которые узники писали родным, не отправлялись адресатам, а складировались здесь же, в помещениях храма. После закрытия лагеря неотправленные письма стали свидетельством того, что происходило в стенах тюрьмы.

Казни на Секирной горе

Пока лагерь действовал, за его пределами не было известно о тяжелых условиях содержания заключенных — наоборот, его представляли как передовую форму содержания осужденных преступников, которые перевоспитывались, трудясь “на благо страны” на кирпичном, гончарном, механическом, лесопильном, кожевенном заводах. В официальных документах отмечается, что в лагере действовала библиотека, работал театр, в котором играли сами заключенные, создавались футбольные, волейбольные и баскетбольные команды. Об этих порядках как о достижениях писали в газетах, лагерь показывали знаменитостям.

Самое тяжелое напоминание о лагерном периоде Соловков — кладбище у подножия Вознесенского скита. На Секирной горе проводились и расстрелы узников по приговорам Информационно-следственного отдела лагеря. Тела сбрасывали в могилы и засыпали землей. Эти захоронения обнаружены в 2005 году, а в 2006 году началось обустройство кладбища. У начала тропы, ведущей к месту массовых расстрелов и кладбищу, несколько лет назад установлен красный шестиметровый поклонный крест.

Изучение истории Соловецких лагерей 1920–1939 годов стало одним из важных направлений деятельности Соловецкого музея-заповедника, который возглавляет наместник и игумен Соловецкого монастыря архимандрит Порфирий. Монастырь по собственной инициативе издает серию книг “Воспоминания соловецких узников 1923–1939 гг”.

В рамках этого проекта планируется опубликовать все доступные воспоминания, посвященные описанию соловецкой каторги ХХ века. Сейчас вышел 5-й том.

Свидетельства жертв

“Зло нередко прячется в красивые одежды, тем самым стремясь быть неузнанным. Чтобы понять его гибельную суть, его надо увидеть обнаженным и безобразным. Именно таким оно предстает в воспоминаниях людей, прошедших “красные Соловки” и другие большевистские лагеря и тюрьмы. Авторы этих воспоминаний — люди разные по возрасту, жизненному опыту, образованию, национальности, религиозности. И пишут они о своем времени по-разному. Но в их воспоминаниях открывается целостная картина добра и зла, подвига и предательства, жизни и смерти”, — написал наместник Соловецкого монастыря в приветственном слове к читателям книги.

Инженер Владимир Рубинштейн описал повседневную жизнь заключенных на Соловках — организацию курсов, занятия и спектакли, споры и дискуссии, что, как отмечают монастырские исследователи, дает представление о наличии в тот период в лагере некоей политической культуры.

Писатель Олег Волков оставил много сведений о лагерной жизни на Соловках. “То был период, когда духовных лиц обряжали в лагерные бушлаты, насильно стригли и брили. За отправление любых треб их расстреливали. Для мирян, прибегнувших к помощи религии, введено было удлинение срока — пятилетний “довесок”, — писал он в своих воспоминаниях “Погружение во тьму”.

По свидетельству писателя, для тех, кто сидел на острове, не было страшнее слов, чем “Секирная гора”. “Именно там, в церкви на Секирной горе, достойные выученики Дзержинского изобретательно применяли целую гамму пыток и изощренных мучительств, начиная от “жердочки” — тоненькой перекладины, на которой надо было сидеть сутками, удерживая равновесие, без сна и без пищи, под страхом зверского избиения, до спуска связанного истязуемого по обледенелым каменным ступеням стометровой лестницы: внизу подбирали искалеченные тела, с перебитыми костями и проломленной головой”, — вспоминал Волков.

Расселять, но не разрушать

В Соловецком поселке за пределами монастырских стен с советских времен сохранились несколько деревянных бараков. В одном из них расположена музейная экспозиция по истории Соловецких лагерей особого назначения, а другие подобные постройки до сих пор используются как жилье. Их, как сообщили в администрации Архангельской области, собираются расселять, но не разрушать. Есть планы создать в одном из домов музей академика Дмитрия Лихачева — одного из самых известных узников Соловецкого лагеря. Лихачев был арестован за участие в студенческом кружке “Космическая академия наук” вскоре после окончания университетского факультета общественных наук в Ленинграде в 1928 году и осужден на пять лет за контрреволюционную деятельность.

За 16 лет существования лагеря и тюрьмы на Соловках через них прошли десятки тысяч заключенных. Среди известных узников Соловков — философ Александр Мейер, юрист, историк Владимир Бенешевич, писатель Борис Ширяев, историк и краевед Николай Анциферов, прозаик, публицист, мемуарист Олег Волков, философ и ученый, священнослужитель Павел Флоренский. Многие узники вели в лагере научную деятельность, выполняли задачи по изучению местности и освоению ресурсов.

Соловки стали местом ссылки многих иерархов, священнослужителей Русской Православной церкви. На сегодня известны имена более 80 митрополитов, архиепископов и епископов, более 400 иеромонахов и приходских священников, которые были узниками Соловков. Многие их них скончались на островах от болезней и голода или были расстреляны в Соловецкой тюрьме.

Источник

chefredakteur

член Союза журналистов Германии 2014

Click to listen highlighted text!