Журнал Берлинский Телеграф

С молитвой и рубанком: как соловецкие монахи сохраняют всемирное наследие

Соловецкий монастырь, объект всемирного наследия, по этому статусу должен оберегать свои памятники, сохранять подлинность и не допускать никаких нововведений, которые могли бы изменить его облик. С другой стороны, эта старинная обитель живет, активно развивается и становится одним из современных центров православия.

Главный объект знаменитого архипелага в Белом море — архитектурный ансамбль Соловецкого монастыря, который расположен на узком перешейке между Святым озером и морской бухтой Благополучия и занимает около 5 га. Соловецкий архипелаг состоит из шести островов общей площадью более 300 кв. км, на нем выявлено множество различных археологических памятников. Самые древние из них относятся к II–III тысячелетиям до н. э.

Ансамбль Соловецкого монастыря включен в список памятников Всемирного наследия ЮНЕСКО и Государственный свод особо ценных объектов культурного наследия народов Российской Федерации. В протоколе ЮНЕСКО 1992 года говорится, что “это замечательный памятник, представляющий собой апогей русской православной стойкости и мужества, выдающийся образец монастырского поселения в суровых условиях Северной Европы”.

Послушание для наместника

“Соловки — это памятник истории, культуры, но получается определенный спор: что именно является объектом культурного наследия. Есть определенная двусмысленность, — говорит наместник и игумен Соловецкого монастыря архимандрит Порфирий. — До тех пор, как мы весь остров вместе с пятимиллионной акваторией не назовем целостным объектом наследия, будут всякие недоразумения в подходах. Важно ответить на вопрос, что является целостностью в этом ключе. Это не только архитектурная составляющая, но и природа, и, что самое интересное для нас, духовная составляющая, которая делает Соловки действительно православной святыней и религиозно-историческим местом, связанным с православием, а не чем-либо иным”.

Священнослужитель одновременно занимает пост руководителя музейного комплекса, и ему приходится решать хозяйственные вопросы, вести переговоры с представителями ЮНЕСКО и участвовать вместе с представителями Минкультуры в разработке документов, в которых наиболее точно будут отражены значение и статус памятника, режим использования его объектов и территории.

По светскому образованию архимандрит Порфирий инженер-экономист. “Здесь функции управленческие, административные. Если это касается ЮНЕСКО, то надо ехать на конгресс Комитета всемирного наследия, общаться с экспертами. Я это рассматриваю как свое послушание — кому-то надо и этим заниматься”, — рассказал наместник Соловецкого монастыря. Для общения и переписки с международными экспертами архимандрит Порфирий применяет свое знание английского языка.

Наместник Соловецкого монастыря считает одной из главных своих задач на ближайшее время завершение реставрации комплекса, которая продолжается уже несколько лет и затягивается из-за проблем с подрядчиками.

Монастырь с инновациями

История Соловков как центра православия начиналась с поселения на этих пустынных островах иноков Савватия и Германа в первой половине XV века. В то время Соловки большую часть года были необитаемы — только летом поморы и карелы вели на них промысел рыбы и морского зверя. В 1436 году монах Зосима, пришедший на Соловки вслед за Германом, собрал вокруг себя братию и образовал монастырь. Став игуменом, он дал братии общежительный устав, по которому монастырь жил в последующие столетия.

Превращение Соловецкой обители из небольшого пустынного монастыря в крупный общежительный монастырь связано с игуменом Филиппом Колычевым, представителем древнего московского боярского рода. Он пришел на Соловки в 1538 году, его игуменство продолжалось более 20 лет, пока он не стал митрополитом Московским и всея Руси. Пользуясь собственными средствами, а также с помощью царя Ивана Грозного, знатных московских и новгородских бояр, он преобразил обитель. При нем были построены каменные храмы, он улучшил питание братии и трудников, организовал скотный двор и обеспечил монастырь водой, соединив каналами несколько озер и подведя воду из них в Святое озеро. На Большом Заяцком острове построили первую на севере России каменную гавань и гостиницу для купцов, торговавших с монастырем. В первой половине XVII века Соловецкий монастырь достиг наивысшего расцвета.

В разные годы существования Соловецкого монастыря здесь внедрялись передовые технологии и способы хозяйствования, архипелаг становился исследовательской базой для российских университетов и научных обществ.

В конце XIX века при монастыре действовала Биологическая станция Санкт-Петербургского университета, метеопост, спасательная станция Российского общества спасения на водах, регулярно издавались труды по истории Соловецкой обители. У монастыря были свои пароходы, гидроэлектростанция, радиотелефонная станция, морской наливной док. В XIX веке в верхней части храма на Секирной горе был устроен маяк с мощной линзой из горного хрусталя, который действует до сих пор. В 1906–18 годах была построена грандиозная судоходная система каналов, соединившая 12 озер на Большом Соловецком острове.

Розы и полярные арбузы

Несмотря на арктический климат (Соловки расположены в 160 км от Полярного круга, зима там длится до 8 месяцев, а среднегодовая температура составляет +1,1 градуса), монахи все века занимались земледелием и достигли в этом серьезных успехов. Им удавалось даже вырастить на Соловках арбузы. В 1860 году развернуты монастырские парники с искусственным подогревом за счет горячей воды, где выращивали огурцы, арбузы, дыни. Одновременно велась работа по акклиматизации некоторых садовых и огородных культур. Жители архипелага, в том числе в отдаленных скитах, и сейчас сажают огороды, выращивают зелень, огурцы и картошку.

Об успехах в растениеводстве на Соловках напоминает Ботанический сад, который расположен на территории Макарьевской пустыни. Благоприятный микроклимат этого места, защищенного от холодных ветров с трех сторон холмами, позволил разбить там аптекарский огород, выращивать овощи и садовые растения. На укрепленных валунами террасах были посажены яблони, ягодные кустарники, кедры, устроены цветники и оранжереи.

В саду насчитывается более 700 видов, сортов и форм растений, в том числе 90 видов роз, растущих в открытом грунте. В начале XX века тибетский далай-лама подарил соловецким монахам шиповник и бадан толстолистный, которые хорошо прижились на острове и растут до сих пор.

Монахи, желавшие поступить в скит на Соловках, всегда должны были мириться со всеми трудностями иноческой жизни, включая соблюдение строгого поста. Пища предполагалась самая скудная. Однако даже в самых строгих скитах на острове Анзер разрешалось “немощи ради” употреблять рыбу и постное масло по праздникам.

Рыбная ловля — традиционный промысел на Белом море, размеры улова на Соловках колебались от 100 до 2 тыс. пудов (1,6–32 тонны). Но поскольку погодные и климатические условия зачастую делали невозможным выход в море, на Большом Соловецком острове еще в XVI веке соорудили искусственный водоем для хранения живой пойманной рыбы, которую легко можно было достать в любой момент и при любой погоде. Для этого один из заливов неподалеку от монастыря был отделен от моря системой валунных дамб и превращен в “садки”. Через дамбу проходила и обновлялась морская вода, а рыба оставалась внутри. Филипповские садки на Большом Соловецком острове можно увидеть и сейчас, но они не используются по назначению.

Чтобы не вводить братию в искушение, устав Соловецкого монастыря долгое время запрещал нахождение вблизи от жилья монахов живородящего скота. Но во времена игумена Филиппа в XVI веке на острове Большая Муксалма был основан монастырский скотный двор, куда были завезены даже лапландские олени. Сейчас запрет на скотоводство на Соловках не действует, и коровы пасутся прямо у стен монастыря. В отдаленных скитах содержат лошадей в качестве транспортного средства.

Монахи и ремесленники

Формирование комплекса Соловецкого монастыря началось в XV веке и продолжалось до начала ХХ века. Многие здания достраивались и перестраивались, а некоторые даже переставлялись с места на место. В стенах Соловецкого кремля соседствуют Спасо-Преображенский собор, построенный в 1558–1566 годах, Успенская церковь с Трапезной и Келарской палатами (1552–1557), колокольня 1777 года, Никольская церковь 1830–1834 годов, Троицкий Зосимо-Савватиевский собор (1859) и другие постройки разных веков.

“Конечно, львиная доля усилий направлена на то, чтобы вернуть к жизни памятники, привести их в надлежащее состояние, — то, что считается реставрацией, — говорит архимандрит Порфирий. Результатами этих работ в последние годы он не очень доволен, и это не связано с финансированием.

“Как раз не было ни одного года на протяжении последних пяти лет, когда все выделяемые деньги были бы освоены в полном объеме и с нужным качеством”, — отметил руководитель комплекса. В последнее время, по его словам, ежегодно выделяется примерно по 1 млрд рублей, при этом осваивается не более 700 млн. Чаще всего задержки в работе связаны с выбором подрядчиков и их работой — длительность процедур не оставляет времени на сам ремонт, а низкая квалификация исполнителей работ часто приводит к необходимости многое переделывать по несколько раз.

Все работы ведутся под контролем ЮНЕСКО, и иногда строгие международные требования реставрации памятников приводят к курьезным ситуациям. Старейший путь на Большом Соловецком острове — Северная дорога, ведущая к Секирной горе. Она проложена в середине XVI века и отмечена на всех дошедших до наших дней старинных картах острова. Эта дорога, выложенная когда-то булыжником, сейчас находится в очень плохом состоянии, но поскольку она входит в состав объекта всемирного наследия, ее нельзя просто залатать, а необходимо реставрировать, возвращая на место каждый камень. Ни средств, ни подрядчиков на такую работу найти невозможно.

Некоторые ошибки и недочеты в работе реставраторов обитатели монастыря исправляют своими силами. Монахи, которые в миру получили специальности или навыки в ремонтной и строительной сфере, применяют их на благо обители.

“Есть у нас братья, которые занимаются как раз подобными вопросами. От горе-реставраторов наибольшая беда связана с состоянием инженерных систем — электрических, водопроводных. Все остальное здание так или иначе стоит, а вот эти вещи порой становятся просто опасными. В итоге сами делаем эти монтажи. Брат, который этим занимается, конечно, очень классный инженер — тут и личный талант, и уже опыт огромный. Но он перегружен выше меры”, — рассказал архимандрит Порфирий.

При монастыре работает также столярная мастерская, которой руководит один из священнослужителей, отец Нестор. Там работают мастера, им помогают послушники — ремонтируют и реставрируют окна, двери в помещениях монастыря, строят небольшие срубы, часовни на скитах. Недавно они соорудили монастырский катер. Монастырь восстанавливает кузню, для нее уже купили молот, который сейчас реставрируется. Работник кузни тоже найден — в монастыре есть кузнец в третьем поколении из Оренбурга.

По словам архимандрита Порфирия, на Соловках, в отличие от многих современных обителей, “есть приток желающих монашеской жизни”. Приходят люди разного возраста, многие уже успевают до этого получить светскую профессию. Совсем юных сюда не принимают. “Раньше 30 лет сейчас вряд ли возможно, чтоб постригли. Было определенное постановление Священного синода на эту тему еще в XIX веке, ну и практика такая есть”, — объяснил наместник.

Всего братства в монастыре — 100 человек. Половина из них живет в монастыре, а остальные рассеяны по скитам и подворьям в разных городах. По словам наместника, многие из братьев берут на себя дополнительные обязанности. “Для монашеской жизни это, конечно, ущерб — становишься либо ремесленником, либо научным работником, а не молитвенником, что требуется”, — говорит архимандрит Порфирий.

По его словам, российское законодательство позволяет наиболее точно определить статус Соловецкого монастыря и рассматривать его как религиозно-историческое достопримечательное место. Специальная рабочая группа с участием Минкультуры занимается уточнением режима использования памятника и возможности деятельности на его территории. “Все понимают, что только тогда, когда это будет сделано, мы получим правильное с точки зрения международных экспертов построение всей охранной работы, то есть предмет сохранения как таковой”, — сказал архимандрит Порфирий.

Источник

chefredakteur

член Союза журналистов Германии 2014

Click to listen highlighted text!