Новости Россия

Вперед, в прошлое: как старинное архангельское село меняется ради туристов

 

От Каргополя до Ошевенского 70 километров. Дорога живописная, но в межсезонье, когда дожди, по ней лучше не ездить. Как говорит глава муниципального образования “Ошевенское” Александр Треханин, “по нашей дороге — это она сейчас более-менее, а в распуту она непроезжая — тяжелая лесная техника все разбивает”. Лесная техника — это лесовозы.

Нас везет директор каргопольского турбюро “Лаче” Радик Аднобаев. Он рассказывает, что деревни здесь часто стояли на лягах — карстовых прудах-озерах. Водоемы это коварные: вода из них внезапно могла уйти, что и бывало, а могла так же внезапно и появиться.

Еще здесь оставил наследие ледник — камни с отпечатками вроде как частей тела человека. По местным легендам, конечно, никакой это не ледник, а ходил здесь святой Александр Ошевенский. Где на камень присядет, где ногу поставит — так следы и остались. У особо примечательного “святого” камня с четким отпечатком стопы — примерно 36-го размера — поставлен крест и скамьи.

Пейзажи заметил профессор

Александро-Ошевенский монастырь основан в 1460-е годы Александром Ошевенским, а село, как считается, основали его родители Никифор и Фотиния.

— Году примерно в 1453–55-м, — говорит библиотекарь Ошевенской библиотеки и краевед Екатерина Березина, — я по житию сосчитала. Они приехали сначала в Каргополь, потом в Волосово, из Волосово пошли на охоту на Чурьегу-реку, им понравилось это место, они с сыновьями сюда перешли. Они крестьяне, как указано, спасались от насилия мирских властей.

Сначала попадаешь к монастырю, потом, переехав через мостик, в ошевенские деревни, которые переходят одна в другую. Год назад одна из этих них — Погост — была принята в “Ассоциацию самых красивых деревень России”. Туда конкурс, как в престижные вузы — десяток кандидатов на одно место. Решение о вступлении в Ассоциацию принимали как в самом Ошевенске, так и в Каргопольском районе, где разработали дорожную карту развития села.

— Мне кажется, Ассоциация на сегодняшний день — очень мощный информационный двигатель развития территории, — говорит заместитель по социальным вопросам главы Каргопольского района Екатерина Забалдина. — Она представляет территорию в федеральном центре, что помогает продвижению. Нужно было, чтобы деревня соответствовала определенным критериям. Основные — это внешний облик домов той северной русской деревни, которая была, и ландшафты. Там красивая северная природа, все очень гармонично. Деревня Погост — это некий центр, где дома не обшиты сайдингом, не испорчены окна, сохранились украшения деревянные, роспись…

Приняли Погост действительно за красоту: огромные избы XIX века, деревянную церковь 1787 года и за пейзажи, в которых почти нет намека на наше время.

— Я живу здесь практически 30 лет, а не задумывался. У нас как-то был профессор из Тамбова и объяснял, что есть такое понятие: видовые площадки, — рассказывает Александр Треханин. — Я стал приглядываться. Иду по селу, остановился — и действительно: о, какой тут пейзаж, вдали что-то еще. Правильно говорил профессор, думаю. Это красота, которую мы не замечаем.

Стены шоркали дресвой

В Ошевенске сохранились даже две курных избы, которые топили по-черному. Когда-то все дома здесь были такими, но после войны их в основном переделали. Ошевенская курная изба была “черной” только ближе к крыше.

— Я была в Великом Новгороде, так у них курные дома не такие, — Екатерина Березина вытягивает руку вверх. — Я высокая, так я потолок достаю рукой. Поэтому там они рано вышли из обихода. А у нас потолок трапецией, в высоту 3–4 метра, поэтому люди жили в доме, никак не касаясь дыма. Сажа была на уровне человеческого роста, стены были ниже белые. И стены каждую весну шоркали с песком…

— Избы ходили мыли мытницы, — рассказывает Антонина Прохорова. — Бабы договорятся между собой — раньше же избы были не клеены, ничо, — шоркали все дресвой. Сегодня одну, завтра другую, перед Пасхой ходили друг дружке пособляли.

Особенный здесь даже каргопольский красный рыжик, который хоть и называется каргопольским, но растет в основном в районе Ошевенска. Собирать его полагается босиком, чтобы не пропустить самые маленькие грибочки. Зато если год урожайный, рыжиком готовы угощать гостей и учить его засаливать. А еще водить за грибами в лес, показывать, как печь тетерки — местное печенье — и ткать. Туристов ошевенцы принимать готовы.

— Мне очень интересно, девушка, — говорит мне Антонина, — но ты знаешь чего — у нас большими партиями, большими автобусами им тут нечего делать. А так вот приехать, спокойно побыть, пожить, посмотреть. Грибов себе насолить, по ягоды там, сам себе что насобирал, себе наделал, насолил — и довольный, счастливый поехал домой.

— Цель наша — чтобы не кто-то приехал и развивал, а чтобы сами жители понимали и развивали территорию, — поясняет Екатерина Забалдина. — Никто не приедет и не сделает. Самое главное — вовлечь жителей. Я не говорю, что бизнес крупный поднимется. Многие жители сами задействованы: есть гостевой дом, трапезная, где кормят пирогами и блюдами, которые готовятся в русской печи. Все из глиняной посуды с местным колоритом. Дорожная карта развития села направлена на то, чтобы было больше маршрутов, мастер-классов, событийных мероприятий.

Радик Аднобаев считает, что только красотой архитектуры и пейзажей много туристов не привлечь.

— Надо делать уникальный продукт, без уникального продукта мы не привлечем потоки. Это может быть не только инфраструктурный проект, но и событийный туризм, — рассуждает Радик. — Например, ошевенская свадьба. Здесь еще женщины помнят, как это было: оплакивание, одевание невесты и так далее. Это можно поднять, но нужно много ресурсов: молодежь, женщины, мужики. Ресурсы есть в деревне сделать, чтобы приезжали свадьбы играть. Всем селом будем играть свадьбы… Тут банные традиции очень хорошие. Найти трех-четырех мужиков, которые умеют парить, знают, какие травы заваривать, какими травами голову лучше помыть, чтобы волосы пышнее были — это тоже поднять можно легко, это помнят.

Глава поселения при упоминании бань начинает улыбаться и рассказывает:

— Был у нас гость из Лос-Анджелеса. В бане напарился, вышел и говорит: “У вас тут как в семнадцатом году, только сто лет назад, — и добавляет: — Со временем ведь это все востребовано будет еще больше, чем сейчас”.

Деревянный компьютер

Екатерина Забалдина говорит — очень важно, что в Ошевенске сохраняются ремесла. Как говорят, здесь “матка” каргопольской вышивки: в конце XIX века по реке Онеге был развит жемчужный промысел, вышивали жемчугом кокошники и церковные облачения. В Каргопольском уезде в 1895 году было 450 ткачих, которые ткали на продажу. И 350 из этих ткачих работали в Ошевенской волости.

— Особенно славились девушки-скрытницы, которые ткали на продажу пояса с надписями, — рассказывает Екатерина Березина.

— Скрытницы?

— Так староверок здесь называли. Староверов здесь много было. Пояса увозили в Петербург. По длине пояса делали надпись: сей поясок дар тому-то.

Для поясков, которые смотрятся очень модно — нечто подобное есть в последних коллекциях итальянских домов, — станок не нужен. Их делают на дощечках: много ниток, много дощечек.

Екатерина Егоровна 10 лет назад решила возрождать ошевенское ткачество.

— Написали проект “Ремесло из Красной книги”. Начали искать станки: а кто продал, кто на дрова распилил, а у кого в сараях оставались, просто стояли. Собрали их по деревне, а как заправить — никто не знает. В деревне не осталось ни одного человека, кто умел бы заправить ткацкий станок. Ездили в Каргополь, чтобы нас научили, два раза ездили. Это самое сложное.

— А как это делается?

Екатерина Егоровна начинает объяснять:

— Есть специальные рамы, их называют на деревне “стены”, на них наматывают основу, потом сплетают в косу, приносят на станок, продевают в берды, наматывают на свОлок… Здесь получается кружочек — видите — он называется глазок. Каждую нитку нужно вставить в глазок… Ремизки — нитянницы — их может быть не две, их может быть до двенадцати…

Я честно хлопаю глазами, запутавшись в терминах, нитях, дощечках, палочках и всем остальном, и бормочу:

— Это какая-то высшая математика…

Екатерина Егоровна смеется:

— А я вообще считаю, что это самый натуральный компьютер — старинный ткацкий станок, это компьютер, у него даже память есть.

— Это как?

— Видите узор? — показывает она висящее над станком полотенце, — до сих пор он в одну сторону идет, а потом зеркальное отражение. Как оно получается? Чтобы получить узорное — браное — переплетение и используют память.

Дети запомнят

Сейчас большие старинные станки стоят в доме культуры и дома у мастериц. Ткачеством заинтересовались и школьницы — сначала старшеклассницы, а потом и совсем маленькие.

— Маленькие девочки у нас выжили больших, заняли эти два станка. Снежке восемь лет, второй — Наде — 12 скоро исполнится. У нее очень хорошо получается! — улыбается Екатерина Егоровна.

Светленькая, как Снегурочка, Снежана Патракеева скоро появляется на пороге мастерской с рюкзаком, который размером почти с нее. На просьбу показать, как она управляется с такой деревянной махиной, деловито усаживается за станок.

— Мне нравится, ногами доставать не трудно, нажимать только тяжело, — Снежана показала, как она почти встает, когда жмет на педаль, а потом принесла свою работу: половичок в розово-зеленых тонах, с серьезным видом сообщив, что она его отдает на продажу.

К Снежане присоединилась четвероклассница Надя Сеньчук, и девочки, обсуждая свои работы и Надиного барана по кличке Упертый, вдвоем начали рассматривать новые станки, которые на днях привезли в Ошевенск.

— Вот они, наверно, уже запомнят, как что делать. На будущее запомнят. Мы с детства ничего не запомнили. Хотя бабушка была в соседней деревне, ткала, ей что-то заказывали, за катушками к ней бегали, у нее их было много-много, — говорит мне Валентина Пухова. Валентина Изосимовна 10 лет назад как раз была в числе тех, кто начал заниматься в Ошевенске ткачеством, но, говорит, бросила: некогда было.

Из Москвы уже приезжали группы специально к ошевенским ткачихам. Небольшие, но, как говорят в Ошевенске, такой вариант оптимален для “самой красивой деревни”.

— У нас туризм именно для малых групп, — говорит Екатерина Забалдина. — В целом увеличивается количество посещений, посещений одним днем. Мы смотрели по итогам второго квартала — по сравнению с прошлым годом увеличение заметно. Например, остановились туристы в Каргополе и поехали посмотреть Ошевенск.

Источник