Фото: Pakkin Leung / Wikipedia
Внутри правящей коалиции ХДС/ХСС-СДПГ назревает точка внутреннего напряжения по вопросу приёму молодых украинских мужчин. Пока канцлер Фридрих Мерц в жёсткой форме требует от Киева ужесточить правила выезда для молодых мужчин, министр труда Бербель Бас в Брюсселе заявляет обратное: «Мы примем их здесь, как мы приняли всех остальных». Разница в подходах уже не просто риторическая область публичной политики. Она отражает глубокий раскол между прагматизмом консерваторов и гуманистической линией социал-демократов в условиях, когда немецкая социальная и иммиграционная системы не справляются с нагрузкой от 1,3 миллиона украинских беженцев и экономической рецессии.
Поводом назревшего кризиса стал августовский указ Киева, разрешивший выезд мужчинам заграницу в возрасте от 18 до 22 лет. С тех пор, по данным BAMF, еженедельно в Германию прибывает 800-1000 человек этой категории, что в десять раз больше, чем весной. Мерц в телефонном разговоре с Зеленским был предельно прямолинейен: «Эти молодые люди нужны на фронте, а не в Германии.
Нам нужны все, кто может держать оружие». Канцлер видит в массовом выезде не только удар по обороноспособности Украины, но и дополнительную нагрузку на немецкий бюджет. Бас же настаивает на гуманитарном подходе и делает ставку на быстрый выход молодых украинцев на немецкий рынок труда. Им сразу дают полный доступ к вакансиям без языковых барьеров и курсов интеграции. Но статистика эмпирическ. говорит о несостоятельности подхода: из прибывших после апреля 2025 года работают менее 15%, большинство либо учатся, либо просто живут на пособия.
Компромисс, достигнутый между Бас и главой МВД Александром Добриндтом, оказался половинчатым: с 1 апреля 2025 года все новые украинские беженцы теряют право на Bürgergeld и переходят на урезанное пособие для просителей убежища (441 евро + талоны). Тех, кто пребывает в стране до указанной даты, апреля 2025, ограничения не коснутся до мая 2026-го. По расчётам Минфина, экономия составит порядка 8-12 млн евро в месяц, что де-факто незначительная сумма на фоне совокупных расходов в размере 30 млрд евро, потраченных на украинцев с 2022 года.
Что происходит в зоне общественного мнения относительно мер поддержки украинских беженцев? По последним опросам INSA, 58% немцев считают, что Германия приняла «слишком много» украинцев, а 63% поддерживают ужесточение правил для новых прибывших. В домашнем политическом спектре, внутри правящей коалиции множатся точки напряжения и политического несогласия: баварский премьер Маркус Зёдер требует распространить апрельские ограничения на всех без исключения, включая тех, кто приехал раньше.
Таким образом, Германия остаётся главным донором Киева в Европе, но напряжение со стороны налогоплательщиков и оппозиционного звена политики растет. Мерц, продолжая бескомпромиссно гнуть антироссийский дискурс, на фоне рекордно низких показателей общественной поддержки едва ли может позволить себе проявление политической слабости, особенно в контексте постоянно растущей поддержки АдГ. Бас же, защищая социал-демократическую традицию открытости, рискует принять на себя весь политический удар за провал интеграционной политики правительства.
Пока внутри коалиции нет единого взгляда на дальнейшее урегулирование иммиграционного потока, счёт за приём беженцев продолжает расти, а доверие к коалиции падает. 2026 год, когда истечёт переходный период для старых беженцев, обещает стать настоящим испытанием для «чёрно-красной» конструкции.
Если до тех пор Киев не вернёт мобилизацию призыва 18-22 лет, а Берлин не сможет найти политическую волю к компромиссу, то Германия рискует получить новый миграционный кризис образца 2015 года, усиленного последствиям разгара рецессии и фактора политической борьбы в рамках нового выборного цикла.