Фото © Necati Savas / EPA
Фридрих Мерц прибыл в Турцию с официальным дипломатическим визитом, целью которого стало обсуждение с президентом Реджепом Тайипом Эрдоганом ключевых международных и двусторонних вопросов.
За те два десятилетия, что Эрдоган находится у власти, германо-турецкие отношения никогда не были свободны от конфликтов. Всякий раз, когда член немецкого правительства приезжал с визитом в Анкару, в воздухе всегда витало определенное напряжение: спор, который может перерасти в эскалацию, надвигающаяся конфронтация. Мерц, судя по всему, принял решение преломить негативный тренд.
За исключением посещения Белого дома в июне, это был первый подобный визит канцлера Германии за пределы Европейского союза. С собой в поездку канцлер даже решился взять свою жену Шарлотту: говорят, они неплохо поладили с супругой Эрдогана на королевском ужине в Гааге.
Утром 30 октября Мерц и Эрдоган посетили обширный мавзолей основателя страны Мустафы Кемаля Ататюрка, возложив к ней цветы и получив положенные по подобному случаю воинские почести от турецких гвардейцев в парадной голубой форме.
После церемонии возложения венков в четверг и деловой встречи в отеле Мерц отправился в президентский дворец, один из крупнейших в мире, построенный Эрдоганом в неоосманском стиле. Пока Дональд Трама не достроил свое «бальное крыло» в Белом доме, дворец Эрдогана по размерам даже больше резиденции американского президента.
Политики не спеша побеседовали, сначала наедине — правда, в присутствии переводчиков, поскольку у Эрдогана не очень с иностранными языками, а затем с делегацией канцелярии. Эрдоган славится тем, что никогда не спешит в диалоге, отдавая дань еще одной давней восточной традиции. Мерц при этом не торопился, поскольку рассчитывал выяснить, где можно найти точки соприкосновения Германии и Турции, а также какова позиция Эрдогана по Украине, прекращению огня в Газе и ситуации в Сирии.
Особенности турецкой демократии и внешней политики
Методы правления Реджепа Тайипа Эрдогана вызывают некоторые сомнения в его приверженности демократии европейского образца. По подсчетам европейских правозащитников, в тюрьмах Турции находятся десятки тысяч человек, осужденных по политическим статья, причем многие годами дожидаются суда и приговора. С другой стороны, Турция — серьезный региональный игрок на Ближнем Востоке, без содействия которого будет практически невозможно потушить пожар череды конфликтов в регионе.
К этому добавляется большая турецкая диаспора в Германии, которая имеет культурные, религиозные и политические связи со старой родиной. Экономики двух стран также тесно связаны: объем немецкого экспорта в Турцию составляет €26 млрд, а объем турецкого экспорта в Германию — €21 млрд. Турция также покупает европейские истребители Eurofighter.
Эрдоган также старается помогать Украине, поставляя ей турецкое оружие и ограничивая маневры российского ВМФ в Черноморском регионе путем закрытия проливов, однако по доброй восточной традиции турецкий лидер держит одну руку за пазухой и продолжает торговлю с Москвой в тех сферах, где это выгодно Анкаре, не особо беспокоясь о режиме международных антироссийских рестрикций.
Одним слово, тем для разговора у Мерца и Эрдогана на встрече двух лидеров было более чем достаточно. Однако канцлер прекрасно понимал, что ему следует быть осторожным, избегая выражения фирменной немецкой спеси и склонности к чтению нотаций в неповторимом стиле Анналены Бербок.
Таким образом, встречу с лидером турецкой оппозиции Экремом Имамоглу, который с марта находится в тюрьме, Мерц благоразумно решил не организовывать. Хотя обвинения в адрес бургомистра Стамбула и кандидата в президенты от оппозиционной CHP кажутся весьма шаткими, вмешательство во внутренние дела Турции вряд ли послужило бы хорошим началом для конструктивного диалога.
Красноречие Мерца
На пресс-конференции в своем обращении к «дорогому другу» Эрдоган высоко оценил тесное партнерство с НАТО и рассказал о стремлении Турции к полноправному членству в Европейском союзе. Он упомянул о 64-й годовщине соглашения о найме турецких рабочих, которые приехали в Германию «с чемоданами в руках и тоской по родине». Это сообщество представляет собой «общую ценность и богатство наших стран», которое необходимо защищать от исламофобии и расизма.
Эрдоган также призвал к более тесному сотрудничеству по оборонным проектам и потребовал, чтобы Турция могла легче закупать военное оборудование в Германии. Наконец, он призвал к совместному решению конфликтов в Газе и Сирии. В отношении Украины Эрдоган призвал к «справедливому и долгосрочному решению» без каких-либо обязательств.
Обращаясь к Эрдогану, Мерц сказал, что «давайте использовать огромный совместный потенциал» и что «мы хотим расширить наше стратегическое партнерство с Турцией». Федеральный канцлер объявил о возобновлении стратегического диалога между министрами иностранных дел. Продажа 20 истребителей Eurofighter Турции, на которую Германия согласилась в качестве партнера по консорциуму, также служит коллективной защите альянса НАТО.
В словах Мерца, во всяком случае, Эрдогану уделена важная роль как региональному миротворцу. Канцлер превозносит Турцию как значимого игрока в политике безопасности и неоднократно ссылается на «стратегическое партнерство» между Берлином и Анкарой. Это даже «убедительный императив разума». Мерц хвалит Эрдогана за помощь в переговорах о прекращении огня в Газе: «Большое спасибо за то, что сделали это возможным».
Что касается «европейской перспективы», канцлер отметил, что видит Турцию «близкой к Европейскому союзу», который, однако, имеет предварительные условия, а именно Копенгагенские критерии, которые также включают в себя верховенство закона и демократию.
Эрдоган ответил, что Турция — это не «просто страна в Европе, Азии или где бы то ни было». Она также является демократической страной. А по поводу заключенного в тюрьму бургомистра Стамбула и его соперника по выборам сказал следующее:
«В конституционном государстве нельзя попирать закон, независимо от того, какой пост вы занимаете».
В ответ на вопрос Мерц довольно четко ответил, что, безусловно, есть опасения, например, по поводу независимости турецкой юрисдикции, «которая не соответствует нашим стандартам».
Канцлер прекрасно отдает себе отчет в том, что во внешней политике Эрдогана нет никаких ценностей, он руководствуется холодным расчетом затрат и выгод и преследует исключительно силовые политические интересы, которые сегодня могут быть одними, а завтра другими.
Одним словом, инаугурационный визит прошел не так хорошо, как рассчитывал Мерц и ему не удалось пополнить свою копилку друзей на Ближнем Востоке. Но теперь у канцлера должно сложиться лучшее впечатление о человеке, с которым он имеет дело в Анкаре.