Foto: Bundesregierung/Jesco Denzel
Лидеры стран Евросоюза на саммите в Брюсселе договорились о механизме дальнейшей финансовой поддержки Украины, которая, по ранее данным обещаниям ЕС, должна быть обеспечена как минимум до конца 2027 года. После разногласий вокруг источников и юридической конструкции помощи стороны пришли к компромиссу: Украине предоставят беспроцентный кредит на 90 миллиардов евро.
О достигнутой договорённости сообщил канцлер Германии Фридрих Мерц по итогам саммита. По его словам, объёма в 90 млрд евро должно хватить, чтобы закрыть военные потребности и потребности украинского бюджета на ближайшие два года. В качестве принципа для возврата кредита предусмотрен вариант, при котором погашение будет обеспечено за счёт замороженных в ЕС российских активов, если Россия не компенсирует нанесённый Украине ущерб. При этом канцлер подчеркнул, что замороженные российские активы будут оставаться заблокированными до момента выплаты компенсаций.
Компромисс означает отказ от более жёсткой схемы, которую, как сообщается, предпочитал Мерц: прямого использования замороженных в ЕС средств российского государства — в частности активов центрального банка, значительная часть которых находится в Бельгии. В рамках обсуждавшегося плана речь шла о возможности задействовать до 210 млрд евро для предоставления Украине кредитов, из которых 90 млрд должны были поступить до конца 2027 года.
По данным, циркулировавшим среди дипломатов, реализация этой модели столкнулась с сопротивлением ряда стран. После того как ранее осторожность проявляла Бельгия, в дальнейшем, как утверждается, ключевые возражения исходили от Франции и Италии. Одним из центральных вопросов стал механизм защиты от рисков: бельгийская сторона добивалась гарантий того, что возможные финансовые и правовые последствия использования российских государственных средств будут полностью разделены и застрахованы на общеевропейском уровне.
В итоговом варианте ЕС фактически выбрал более сдержанную конструкцию, которая сочетает предоставление Украине значительного беспроцентного финансирования и сохранение политического давления через замороженные российские активы, при этом снижая уровень прямого юридического и финансового вовлечения в спорную схему немедленного использования государственного имущества России.