Foto: Marcus Prell
Склад в Нижней Саксонии, где деньги лежат не в сейфах, а в коробках, стеллажах и аккуратно промаркированных партиях, больше похож на логистический центр, чем на музей.
Здесь не рассматривают купюры под лупой ради удовольствия и не спорят о красоте портретов на банкнотах — здесь считают, сортируют, комплектуют и отправляют по миру.
В Salzgitter компания Mietens & Partner держит на складе более 250 миллионов монет и банкнот, то есть физически — целую «денежную вселенную», где рядом могут оказаться действующие валюты и деньги стран, которых уже нет на карте.
Хозяин этой истории — Ульф Митенс. Он выстроил бизнес вокруг того, что для обычного банка часто означает «ноль»: вышедшие из обращения банкноты, мелочь, которая никому не нужна в повседневной жизни, старые серии, которые проще списать, чем хранить. Но в мире коллекционеров и реселлеров такие вещи — сырьё для эмоций. Митенс любит повторять мысль, которая объясняет его подход: монеты и банкноты — «послы страны», они несут её символы, историю и представление о себе. И если смотреть на деньги именно так, становится понятно, почему на «ненужном» можно строить стабильную торговлю.
Но за красивой идеей стоит прежде всего масштаб: это не хобби, а отлаженная логистика. На сайте компании говорится о более чем 3000 квадратных метрах складских площадей и о 40 сотрудниках, которые обслуживают поток заказов. Внутри это работает как нормальная оптовая система: ассортимент, каталоги, партии, упаковочные решения, комплекты «под коллекцию», сувенирные выпуски и сопутствующие товары. Компания называет себя мировым лидером в своей нише — и это не просто маркетинговая фраза: в январе 2026 года к ним приезжала съёмочная группа NDR, чтобы показать зрителям, как деньги из «самых удалённых уголков мира» попадают в немецкий склад и почему это оказывается востребованным товаром.
Интересно, что старт был куда более «домашним». В хронике компании описано, что всё началось в конце 1980-х: во время учёбы по экономике Митенс торговал прежде всего перуанскими банкнотами — буквально из подвала и гаража родительского дома. Эта деталь многое объясняет: он не пришёл в бизнес из банковского сектора и не строил «коллекцию ради коллекции», он увидел простую модель — спрос есть, но доступ к товару сложен, а значит тот, кто наладит поставки и сортировку, станет посредником между редкостью и покупателем.
Почему именно деньги могут стать таким товаром? Потому что «жизненный цикл» банкноты часто драматичен. В одной стране она живёт десятилетиями, в другой исчезает в результате реформы, инфляции или политических изменений. Для коллекционера это не просто бумага — это документ эпохи. Взять, например, Венесуэлу: центральный банк страны проводил денежную реконверсию в 2018 году, вводя боливар соберано и меняя старые номиналы. Для экономики это был вынужденный шаг на фоне гиперинфляции, для мира коллекционирования — огромный поток красивых, но «обесцененных» банкнот, которые внезапно получили вторую жизнь уже как предметы интереса. У таких купюр появляется новая логика цены: не «сколько на неё можно купить», а «насколько она редкая, в каком состоянии, какую историю несёт».
Foto: alexandrabeganskaya
На этом держится и стратегия закупок: деньги охотнее покупают не «в спокойные годы», а в моменты турбулентности — когда валюты меняют, старые серии выводят из обращения, а центральные банки и хранилища очищают запасы. Для банков это, условно, бумажный груз, для оптовика — потенциальный ассортимент. Но дальше начинается работа, которая превращает хаос в товар: сортировка по странам и сериям, оценка состояния, комплектация наборов, продуманная упаковка. Именно здесь бизнес отличается от романтического хобби: коллекционер может любить одну страну и одну эпоху, оптовик обязан мыслить сразу сотнями направлений.
Важная часть немецкого контекста в том, что Германия — не случайное место для такого бизнеса. Во-первых, здесь исторически сильна культура коллекционирования: от марок до монет, от памятных выпусков до сувенирных серий.
Во-вторых, Берлин давно стал точкой притяжения для нумизматического мира: крупнейшие профильные ярмарки и встречи проходят именно здесь, и рынок живёт не только в интернете. В-третьих, Германия — страна, где люди любят «вещи с историей», а деньги — один из самых понятных материальных носителей истории. Купюра из ГДР, монета из распавшейся Югославии или банкнота из СССР для кого-то — просто память из семейного альбома, а для кого-то — предмет коллекции, который нужно найти в хорошем состоянии.
При этом бизнес Митенса держится не только на ностальгии. Он работает и с действующими валютами, и с территориальными выпусками, и с необычными проектами центральных банков. В истории компании упоминается, например, участие в создании и распространении «самой большой банкноты в мире» в сотрудничестве с центральным банком одной из стран — это типичный пример того, как рынок коллекционирования переплетается с государственными институциями. Банкам и монетным дворам такие проекты нужны как имидж и памятный выпуск, рынку — как редкость и предмет спроса.
В итоге «денежное хранилище» в Salzgitter выглядит не как эксцентричность, а как иллюстрация того, как устроена современная экономика редкостей. В мире, где всё уходит в цифру, физические деньги неожиданно получают новую роль: они становятся материальным носителем эпохи, дизайна и национальной символики. И где-то на складе, среди миллионов монет и банкнот, лежит простая формула: ценность — это не то, что написано на номинале, а то, что люди готовы видеть за этим номиналом.