Foto: AI
Это должно было стать символом военного суверенитета Европы и технологического превосходства Старого Света. Но амбициозный проект истребителя нового поколения Future Combat Air System (FCAS), который девять лет назад с помпой запускали Ангела Меркель и Эммануэль Макрон, официально зашел в тупик. По информации правительственных кругов ФРГ, канцлер Фридрих Мерц и президент Франции признали: Dassault и Airbus никогда не объединятся для создания совместной машины.
Это не просто отмена очередных военных закупок. Это политическое фиаско, которое наносит удар по имиджу Берлина и Парижа как «двигателей Европы». Идея, родившаяся в 2017 году, должна была привести к появлению «стелс»-истребителя, способного заменить немецкие Eurofighter Typhoon и французские Rafale к 2040 году. Однако на этой неделе стало ясно: боевой самолет не взлетит, а многолетние споры о деньгах, технологиях и национальных амбициях похоронили крупнейший оборонный контракт в истории ЕС.
Главным камнем преткновения оказался не бюджет (оцененный более чем в 100 миллиардов евро), а фундаментальные различия в военных доктринах. Франции, как ядерной державе и стране, обладающей авианосцами, нужен тяжелый многофункциональный истребитель, способный нести атомное оружие и садиться на палубу. Германии, которая только начинает переосмысливать свою роль в безопасности после 2022 года, такой функционал не требуется.
«Французам нужен один самолет, нам — другой. Это аксиома, которую невозможно решить простым чертежом», — заявил канцлер Фридрих Мерц, подводя черту под переговорами.
Берлин предложил компромисс: создать не один, а два варианта фюзеляжа. Париж ответил отказом, посчитав это распылением ресурсов.
Вторая причина — болезненный вопрос «разделения труда». Французская Dassault, являющаяся конструктором Rafale, настаивала на лидерстве в вопросах аэродинамики и систем управления полетом. Немецкая сторона, представленная Airbus, требовала абсолютного равноправия («fifty-fifty»). Переговоры превратились в конфликт амбиций, где технические совещания срывались из-за того, кто именно будет производить крылья, а кто — фюзеляж.
Официально о полном расформировании FCAS речь не идет. В дипломатической переписке стороны договорились «не хоронить систему полностью». Однако, как пишут источники AFP, фактическое ядро проекта сворачивается.
Вместо общей кабины пилотов останутся лишь второстепенные компоненты: работы над беспилотниками-«крыльями» (Remote Carriers) и так называемое «Боевое облако» (Combat Cloud) — сеть для обмена данными. Без единого истребителя эти технологии теряют смысл для непосредственной замены парка.
«Это как построить идеальную нервную систему, но забыть про сердце и мозг», — комментирует решение неназванный высокопоставленный чиновник министерства обороны ФРГ.
Реакция политиков не заставила себя ждать. Для Эммануэля Макрона, который лично лоббировал европейский «стратегический автономизм», это личный удар. Франция остается единственной страной в ЕС с собственным производством полноценных боевых самолетов (Rafale), но возможность создать альтернативу американскому F-35 теперь выглядит призрачной.
В Германии мнения разделились. Консерваторы (ХДС/ХСС) и социал-демократы призывают смотреть в будущее:
«Немецкая промышленность может и должна доказать свои возможности. Нужно искать новых партнеров», — заявил оборонный политик Томас Эрндль.
Однако жесткую критику высказали «Зеленые».
«Правительство не проявило лидерства. Ссылаться на блокаду со стороны промышленности — это признание собственной слабости. Задача политиков — управлять такими конфликтами, а не констатировать их смерть», — заявила Франциска Брантнер.
Сейчас истеблишмент Германии и Франции пытается спасти лицо, пообещав представить новый рабочий план на Совете министров в этом месяце. Но он уже не будет касаться строительства самолета. Речь пойдет лишь о совместимости будущих беспилотных систем.
Тем временем ВВС ФРГ и Франции сталкиваются с реальностью: их парк самолетов стареет. Замена Eurofighter и Rafale теперь откладывается на неопределенный срок, и, если верить экспертам, европейские страны вновь будут вынуждены смотреть в сторону американского Lockheed Martin.