Федеральный архив Германии совместно с Берлинско-Бранденбургской и Баварской академиями наук сделал то, что ещё пару лет назад казалось уделом исключительно историков-профессионалов. В онлайн-доступе оказались документы первого периода нацистского режима (1933–1939 гг.). И то, что сегодня происходит на серверах этих учреждений, напоминает взрыв общественного интереса. Немцы вновь пытаются понять древний, как мир, вопрос: как демократия становится диктатурой?
Президент Федерального архива Михаэль Хольман, комментируя запуск ресурса, не стал использовать привычные дипломатические формулировки о «трудном наследии». Его заявление прозвучало как предупреждение: «Когда в мире снова набирают силу авторитарные тенденции, а прежние диктатуры начинают оправдывать или приукрашивать, самое время осмыслить, что действительно произошло».
Специалисты не случайно выбрали для публикации именно период с 1933 по 1939 год. Это не год начала войны (хотя его тень падает на всё), это время укоренения зла. В эти годы демократия умерла не в результате военного переворота с танками на улицах, а через параграфы законов, бюрократические циркуляры и пассивное согласие большинства.
Один из первых документов архивов рассказывает о ликвидации демократически избранного прусского земельного правительства в 1932 году (так называемый Preußenschlag). Это был «тест-драйв» авторитаризма: центр в Берлине силой убирает неудобную региональную власть. Удар по федерализму тогда прошел гладко — и система поняла, что она безнаказанна.
Далее — хронология 1938 года, которая обжигает даже спустя почти столетие. «Постановление об устранении евреев из экономической жизни Германии» и «Закон о воссоединении Австрии с Германским рейхом» (Anschluss) опубликованы в оригинале. Историк Ханс Гюнтер Хокертс из Баварской академии наук обращает внимание на деталь, которая пугает особенно: бюрократическая сторона власти фюрера. Это не гневная речь оратора на площади. Это сухие, выверенные формулировки инструкций, печати, резолюции, подписи мелких чиновников. Машина уничтожения работала по инструкции.
В четверг днём, сразу после расширения доступа, сервер проекта «Актен дер Рейхсканцлай» упал. «Мы предполагаем, что это связано с большим количеством обращений», — объяснила представитель академии Анн-Кристин Болай.
Этот технический сбой — лучшая иллюстрация того, насколько немцам (и русскоязычным жителям Германии в том числе) небезразлично прошлое. Точно такой же ажиотаж был в середине марта, когда США открыли доступ к цифровым копиям центральной картотеки НСДАП. Тогда Национальный архив США также не выдержал наплыва желающих проверить, не состояли ли их предки в партии.
Для нас, живущих в Германии — будь то этнические немцы, русские евреи или потомки «перемещённых лиц» — эти архивы дают не только знания. Они дают инструмент.
В условиях, когда соцсети переполнены упрощениями, а лозунги «сильной руки» снова становятся модными в Европе, конкретная бумага с подписью 1935 года работает лучше любого учебника. Она показывает, что рубеж «политического хулиганства» и «преступления против человечности» преодолевается незаметно — через потерю контроля над судами, через «временные» чрезвычайные указы, которые становятся вечными.
Оцифровка этих документов — это бункер, построенный против амнезии. Как сказал один из кураторов проекта: «Нацистский режим не упал с неба. Он был построен снизу, в том числе из бумаг, которые теперь может прочитать любой желающий».
Посмотреть архивы можно на портале Федерального архива Германии (Bundesarchiv). И хотя интерфейс потребует знания немецкого языка, каждый из нас способен разглядеть в тех старых готических шрифтах знакомые механизмы: разделение людей на «своих» и «чужих», назначение виноватых и бюрократическое равнодушие.
История не повторяется рифмой, но её ритм узнаваем. И этот ритм слышен теперь в каждом оцифрованном протоколе собраний 1933 года.