Foto von form PxHere
В бывшем бункере для боеприпасов возле Эггебека (район Шлезвиг-Фленсбург) среди лета посреди зимы созревает урожай. Сотни растений каннабиса стоят под яркими лампами при идеальной температуре 23 градуса. Однако владелец этой плантации, Штеффен Эркенберг из ассоциации культивации «High Nord», смотрит на них с тревогой. Будущее его клуба, как и десяти других подобных объединений в земле, под вопросом.
Причина — не в сложностях агротехники, а в бюрократических ограничениях. Согласно Закону о каннабисе, принятому весной 2024 года, некоммерческим ассоциациям разрешено выращивать и распространять каннабис среди своих членов, однако им категорически запрещено рекламировать себя и привлекать новых участников.
«Мы остаёмся вне поля зрения. Нам не разрешают появляться на публике и рекламировать себя. Из-за этого даже местные жители часто не знают о нашем существовании», — жалуется Эркенберг.
Парадокс ситуации заключается в том, что для выживания клубам нужны новые члены, но закон лишает их возможности сообщить о себе. В «High Nord» сейчас состоят около 200 человек, но, по подсчетам руководителя, для покрытия огромных расходов необходимо как минимум 300.
Только счета за электричество составляют 6000 евро в месяц — 35 ламп мощностью 430 ватт каждая работают беспрерывно. Добавьте сюда аренду бывшего бункера, воду, удобрения и материалы. Сам Эркенберг уже вложил в проект пятизначную сумму из личных сбережений.
Члены клуба платят десять евро в месяц базового взноса и могут приобрести до 50 граммов каннабиса по цене от шести до десяти евро за грамм. Однако этих средств пока недостаточно.
«Если мы не можем сказать людям, что мы здесь, как мы должны бороться с чёрным рынком?» — задается риторическим вопросом оператор клуба.
Рассчитывать на помощь земли Шлезвиг-Гольштейн ассоциациям не приходится. Министерство защиты прав потребителей, которое возглавляет ХДС, изначально отвергало закон о каннабисе, принятый ещё при правительстве «Светофора». В ведомстве подчеркивают, что закон создает «новые проблемы с правоприменением и дополнительные нагрузки для штатов и полиции», вместо того чтобы усиливать защиту здоровья и молодежи.
В министерстве готовят письмо в Федеральное министерство здравоохранения с требованием доработать закон, сделать его «более юридически безопасным и менее бюрократичным». Однако вопрос о разрешении рекламы для клубов в приоритете не стоит.
Более того, против любой рекламы каннабиса решительно выступают терапевты. Марина Солтау, терапевтический директор дневного реабилитационного центра TASK (stadt.mission.mensch) в Киле, поясняет:
«Исследования показывают: как только легальные вещества начинают рекламировать, вероятность их употребления возрастает. Мы выступаем за запрет на рекламу любых легальных наркотиков — алкоголя, каннабиса и никотина».
Штеффен Эркенберг не понимает, как можно бороться с чёрным рынком, если легальные игроки вынуждены действовать в тени информационной блокады. Он всерьёз опасается, что через несколько месяцев клуб «High Nord» придется закрыть. Огромный урожай качественного каннабиса, выращенный с таким трудом, рискует остаться невостребованным, а сам предприниматель — банкротом.
История клуба в Эггебеке ярко иллюстрирует главное противоречие немецкой реформы: каннабис легализован, но говорить об этом вслух пока не разрешается.