Фото: Олаф Вагнер
Берлинский региональный суд продолжает рассматривать дело бывшего руководства телерадиокомпании Rundfunk Berlin-Brandenburg (RBB). На третьем дне процесса против экс-директора Патрисии Шлезингер и трёх бывших руководителей телеканала в центре внимания оказалась система дополнительных выплат. Суд пытается установить, кто принимал решения о премиях, кто знал об их размерах и почему контроль со стороны административного совета мог оказаться недостаточным.
Одним из заметных эпизодов заседания 17 ноября стала сцена перед началом слушаний: Шлезингер раздавала конфеты кашлявшим сотрудникам суда и адвокатам. Однако основное внимание участников процесса было сосредоточено на показаниях первого свидетеля — бывшего юрисконсульта RBB, работавшего в телекомпании с 2003 года до конца 2016-го.
По версии прокуратуры, в период с января 2018-го по июль 2022 года четверо бывших руководителей причинили RBB ущерб примерно в 1,7 млн евро. Шлезингер предъявлено обвинение в 26 эпизодах злоупотребления доверием, Вольфу-Дитеру Вольфу — в 13. Бывшей юридической директорке вменяют шесть эпизодов, бывшему административному директору Хагену Брандштеттеру — пять. Среди претензий обвинения — выплаты переменных частей вознаграждения, которые, как утверждается, производились без необходимого согласования с административным советом.
Согласно опубликованным данным, годовое вознаграждение Шлезингер составляло 303 000 евро. Кроме того, она получила в общей сложности 223 722 евро по соглашениям о достижении целевых показателей. Именно порядок назначения и выплаты таких дополнительных сумм стал одной из центральных тем разбирательства.
Система премирования появилась задолго до скандала
Бывший юрисконсульт рассказал, что система переменного вознаграждения существовала в RBB ещё с 2005 года, когда телекомпанией руководила Дагмар Райм. Первоначально она распространялась только на руководителей основных подразделений. Дополнительные выплаты составляли несколько тысяч евро в год, а общий бюджет для 19 сотрудников ограничивался 350 000 евро.
Распространить эту модель на директоров и руководителя телекомпании обсуждали и раньше, однако фактически это произошло только в 2018 году — уже после ухода свидетеля из RBB. Он подчеркнул, что не может судить о том, как именно принимались решения в этот период.
По его словам, первоначальная идея системы заключалась в том, чтобы стимулировать руководителей работать в интересах всей телекомпании, а не только отдельных радиостанций или телевизионных проектов. Среди заявленных целей также были повышение мотивации сотрудников и укрепление позиций RBB как привлекательного работодателя.
Знал ли административный совет о выплатах?
В ходе допроса выяснилось, что, по словам бывшего юрисконсульта, административный совет не участвовал в определении индивидуальных целевых показателей. При этом заключение новых контрактов выносилось на его обсуждение. Свидетель предположил, что во время предварительных консультаций могли называться и конкретные суммы вознаграждения.
Он также сообщил, что юридическую допустимость дополнительных выплат проверял вместе с руководителем кадровой службы. При этом главным вопросом для него была не столько правовая сторона, сколько целесообразность таких решений.
Отдельно обсуждалось, кто вел переговоры о контракте самой Шлезингер. Бывший юрисконсульт заявил, что этим, вероятнее всего, занимался Вольф. В материалах дела действительно есть запись о том, что 11 февраля 2016 года административный совет уполномочил Вольфа вести переговоры по контракту Шлезингер в связи с её назначением на должность. Сам свидетель, по его словам, не видел оснований возражать против заключённого соглашения.
Защита указывает на ответственность контролирующего органа
После четырёх часов допроса свидетеля адвокат бывшего административного директора Панос Пананис заявил, что моральная оценка выплат и их юридическая допустимость — не одно и то же. По его словам, сам факт экономии средств в одних подразделениях не означает автоматически незаконность дополнительных выплат руководству.
Защита также считает, что административный совет располагал достаточной информацией о финансовом положении RBB и мог самостоятельно запрашивать дополнительные сведения. Поэтому, по мнению адвоката, необходимо выяснить, кто именно отвечал за контроль и не должен ли был сам совет принимать решения о подобных выплатах.
Прокуратура придерживается другой позиции. По версии обвинения, система вознаграждения была организована таким образом, чтобы обойти контрольные и надзорные полномочия административного совета.
Все четверо обвиняемых отвергают предъявленные им обвинения. Суду предстоит установить, были ли спорные выплаты законными управленческими решениями или привели к уголовно наказуемому ущербу для общественной телерадиокомпании. На данный момент процесс продолжается, и окончательных выводов о виновности участников дела нет.
