Foto: mstandret/Envato
Несмотря на громкие полицейские рейды и обещания политиков «навести порядок», столица Германии вновь столкнулась с неприятной статистикой. По данным Сенатского управления внутренних дел, опубликованным в пятницу, 5 июня, число преступлений, совершенных представителями этнических кланов, за последний год значительно выросло. Цифры демонстрируют не просто рост, а системный вызов правоохранительной системе.
Согласно отчету, число лиц, причисляемых к феномену «клановая преступность», увеличилось на 11 процентов, достигнув 685 человек. Ключевая особенность этой криминальной экосистемы, как подчеркивают в ведомстве, — «систематическое использование семейных, социальных и экономических структур» для планирования, совершения и последующего сокрытия преступлений. Перед нами не разрозненные хулиганы, а хорошо смазанный механизм, где дяди, братья и кузены прикрывают друг друга.
В 2025 году следователям удалось задокументировать 952 преступления, совершенных лицами из этой среды. Всего в орбите следствия оказалось 342 подозреваемых, и это число выросло на 16 процентов по сравнению с прошлым годом. При этом 289 фигурантов проходят по четырем эпизодам, а 53 «активиста» умудрились совершить пять и более преступлений.
«Рекордсменом» стал 20-летний молодой человек, на счету которого — фантастические 75 правонарушений. В его «послужном списке» значатся кражи от простых до отягчающих обстоятельств, три запрещенных уличных гонки (опасное явление, которое в Берлине часто связывают именно с клановой средой), принуждение и, что особенно нагло, нападения на сотрудников полиции. Этот случай наглядно демонстрирует, как раннее начало преступной карьеры и чувство безнаказанности порождают монстров.
Какие же преступления выбирают кланы? Аналитики Сената выделили три основные категории:
1. Насилие (23%). Преступления жестокости занимают первое место. Это и тяжкие телесные повреждения, и разбои, и запугивание свидетелей.
2. Дороги и кражи (почти 16%). Нарушения ПДД (часто демонстративные, на тюнингованных авто) и классические кражи составляют «хлеб» для рядовых членов кланов.
3. Оружие. Резкий всплеск отмечен в сфере административных правонарушений — их зафиксировано 127. Треть из них (около 42 случаев) связана с незаконным оборотом и ношением оружия. Кланы не просто стреляют, они вооружаются всерьез.
Данные Сената, обнародованные в пятницу, стали неожиданностью даже для бывалых экспертов. Рост числа подозреваемых на 16% при росте числа преступлений на 12% говорит о том, что полиция активизировала работу, но преступная среда адаптируется быстрее, чем бюрократическая машина. Проблема в том, что многие жертвы и свидетели до сих пор боятся обращаться в полицию из-за угроз со стороны многочисленных родственников подозреваемых.
Законодатели пока предлагают ужесточение миграционного права и расширение полномочий полиции по проведению «крупномасштабных проверок» в районах, которые кланы превратили в свои вотчины. Однако пока чиновники спорят о юридических тонкостях, количество преступлений и наглость молодых 20-летних «рекордсменов» продолжают расти.