Фото © getty images
Каждый февраль к отелю Bayerischer Hof в центре Мюнхена подъезжают кавалькады черных лимузинов, откуда выбираются политики, призванные формировать международный порядок, основанный на правилах или их отсутствии. Именно в это время проходит Мюнхенская конференция по безопасности, в которой принимают участие глава НАТО, министры США, высшие представители ЕС и конечно же федеральный канцлер, а также главы МИД и Минобороны Германии. Они встречаются, чтобы обсудить главные вопросы политики безопасности, а также пообщаться в формальном или неформальном ключе.
С 13 по 15 февраля, баварская столица вновь перешла на осадное положение. Над улицами летали вертолеты, делегация США прибыла на собственных бронированных машинах. Попасть внутрь при таких исходных могли лишь достойнейшие из достойных. Впрочем, для тех, то не уловил сарказм — эпитет «достойнейшие» в данном случае отвечает отнюдь не за характеристику человеческих качеств, а исключительно за биржевую стоимость или сиюминутную политическую целесообразность.
В любом случае, места распределяются не только на основании опыта в области политики безопасности. Но и в зависимости от готовности платить. Ведь представителям отобранных компаний также разрешается участвовать в конференции за деньги: зачастую речь идет о шестизначных суммах. Впрочем, иные компании, для того, чтобы попасть за один стол с главой парламентского комитета, министром или статс-секретарем, наладить контакты и попытаться пролоббировать свои интересы, готовы заплатить и побольше.
Президент некоммерческого фонда «Мюнхенская конференция по безопасности» Вольфганг Ишингер, бывший посол Германии в Вашингтоне, в том числе, решает, кто будет присутствовать на конференции. Хотя недавно конференция получила семизначное финансирование от федерального правительства, она является частным мероприятием, организованным фондом. Организатор Конференции может приглашать всех, кого захочет.
«Все мероприятия MSC являются частными», — говорится в официальном списке участников. Решающим фактором для доступа являются бейджи, то есть карты доступа. Цвет этих бейджей определяет, кого куда пускают.
Для телохранителей и носителей оружия предусмотрен отдельный вход, а всем остальным нужен бейдж, чтобы пройти через ворота безопасности. Раньше, например, парламентские группы получали квоты, сегодня — персональные приглашения.
Во все двери можно пройти только с «голубым значком». Это позволяет вам сидеть в большом бальном зале, где выступает федеральный канцлер и где вице-президент США Джей Ди Вэнс в прошлом году напутствовал конец Запада.
Журналисты на Конференции получают желтый бейдж и могут входить на территорию только под конвоем. При выдаче аккредитаций прессе организаторы придерживаются только одним им известных критериев: Berliner Telegraph, например, не может получить аккредитацию уже третий год подряд. Организаторы вежливо извиняются, оправдываясь тем, что на конференции ежегодно небывалый аншлаг из представителей СМИ. Однако в редакции с каждым годом крепнет подозрение, что в отказе важную роль играет не столько отсутствие мест, сколько независимая и беспристрастная позиция издания, отнюдь не всегда комплементарная к европейскому политическому мейнстриму.
Впрочем цветовая дифференциация бейджей на Конференции двумя цветам не ограничивается. Существует, например, также сине-белый бейдж, за который вы также получаете привилегированный доступ и статус наблюдателя, но можете быть исключены из программы по первому требованию, а зеленые отличительный значок получают только незаменимые помощники высокопоставленных политиков или военных (носителей советского культурного кода в этом случае прямо подмывает воскликнуть вслед за героями бессмертной комедии «Кин-дза-дза»: «Жёлтые штаны: два раза «ку»!»).
Организаторы подчеркивают, что эти карты нельзя просто купить. И это похоже на правду. Ведь «просто» купить эти карты действительно нельзя. Стоимость минимального спонсорского пакета по слухам достигает €200 000.
Речь канцлера Мерца на конференции: замах на рубль — удар на копейку
Несомненно, центральный событием первого дня Мюнхенской конференции стала речь германского канцлера. Ее ждали с откровенным нетерпением. Ибо ответ Германии на прошлогодний афронт американского вице-президента Вэнса просто не имел права оказаться проходным.
В начале Мюнхенской конференции по безопасности федеральный канцлер Фридрих Мерц недвусмысленно раскритиковал правительство США.
«Претензии Соединенных Штатов на лидерство были поставлены под сомнение, возможно, они уже были проиграны», — заявил глава немецкого правительства. Трансатлантическое партнерство утратило «свою естественность». Германии и Европе придется научиться отстаивать свои интересы в мире, характеризующемся политикой силы.
Канцлер несколько недель дорабатывал свою речь и уже начал собирать идеи во время рождественских каникул. Мерц хотел задать тон переговорам на самой важной в мире конференции такого рода и сформулировать программу политики безопасности. В отличие от своего предшественника Олафа Шольца, Мерц не хотел дожидаться второго дня конференции, чтобы произнести свою речь.
В «эпоху революционных потрясений» канцлер хотел подчеркнуть, что европейцы претендуют на то, чтобы определять будущее, и тем самым отделить себя от администрации США.
«Недостаточно будет просто ловко реагировать на маневры и прихоти крупных игроков», — сказал Мерц. «Мы должны сосредоточиться на самих себе».
Он не упомянул президента США Дональда Трампа. Однако политика Трампа и ее глобальные последствия были в центре его речи.
Ровно год назад Трамп отправил в Мюнхен своего вице-президента Джей Ди Вэнса. Послания, с которыми Вэнс выступил тогда, не теряют своей актуальности и сегодня. Он обвинил европейцев в том, что они притесняют свое население цензурными законами и сами становятся опасными для себя.
«Если вы убежите от своих избирателей, Америка ничего не сможет для вас сделать», — сказал Вэнс, неявно ставя под сомнение приверженность США альянсу в рамках НАТО.
Теперь европейцы знают, что это была не просто риторическая провокация, а что конфронтация с Европой — это политический проект администрации Трампа. Трансатлантический таможенный конфликт, спор вокруг Гренландии и постоянные угрозы со стороны Вашингтона поколебали мечты европейцев о стабильном трансатлантическом порядке.
Мерц не стал отрицать идеологические разногласия с администрацией Трампа: «Культурная война движения MAGA — это не наша война», — сказал он. «Свобода слова заканчивается у нас, когда эта речь обращается против человеческого достоинства и Основного закона». Правда, учитывая, что команда канцлера подала порядка 5000 исков против сограждан, посмевших «оскорбить монаршее достоинство» канцлера на просторах интернета, выглядела данная часть речи весьма патетически.
«Пропасть», открывшаяся между Европой и США, заставляет Европу готовиться к новой эре. Сегодня международные отношения характеризуются политикой великих держав, которая является быстрой, жесткой и непредсказуемой. На первый план выходит борьба за сферы влияния, за зависимости и за верность», — продолжал Мерц.
«Европа должна принять эту новую реальность», — предупредил канцлер, «каникулы от мировой истории» закончились. Но европейцы не были беспомощны перед лицом глобальных потрясений. Европа может сохранить свои ценности и интересы — но должна оставаться единой и укреплять свои позиции силы».
«ВВП России составляет около €2 трлн. ВВП ЕС почти в десять раз больше», — подсчитал Мерц. «И все же Европа сегодня не в десять раз сильнее России». Разрыв между потенциальной и реальной мощью должен быть ликвидирован как можно скорее. Европейцы, по мнению лидера немецкого ХДС, должны освободиться от самозависимости и оставить «состояние незрелости» позади, «лучше сегодня, чем завтра».
Мерц повторил свое требование сделать бундесвер сильнейшей обычной армией в Европе, но в то же время заверил, что Германия не питает гегемонистских фантазий.
Канцлер напомнил о травматическом опыте германской силовой политики.
«Мы, немцы, знаем: мир, в котором важна только сила, был бы мрачным местом», — сказал он. «Германия прошла этот путь в прошлом веке «до горького и злого конца».
«Сегодняшняя Германия хочет поставить себя на службу суверенной Европе и способствовать тому, чтобы континент стал сильнее «в военном, политическом, экономическом и технологическом плане». Европа должна стать «глобальным политическим фактором с собственной стратегией политики безопасности», — потребовал Мерц. Для этого он наметил «программу свободы».
Помимо новых торговых соглашений и укрепления европейской конкурентоспособности, она также включает в себя переговоры о европейском ядерном сдерживании. Мерц подтвердил, что ведет первые переговоры по этому вопросу с президентом Франции Эммануэлем Макроном.
Мерц вернулся к США только в конце своего выступления. Он высказался за «новое партнерство» с Америкой, которое должно быть «осязаемым, а не эзотерическим». По обе стороны Атлантики, сказал он, мы должны прийти к выводу, что вместе мы сильнее. Членство в НАТО, по его словам, является конкурентным преимуществом в битве сверхдержав — в том числе и для США.
В этот момент канцлер обратился непосредственно к представителям США в зале и повторил свою мысль на английском языке:
«Давайте вместе восстановим трансатлантическое доверие».
Французскому президенту откровенно не везет с германскими канцлерами
Это, пожалуй, самая символичная сцена на Мюнхенской конференции по безопасности в этом году: когда в субботу президент Франции Эммануэль Макрон участвовал в совместной пресс-конференции с премьер-министром Великобритании Киром Стармером и канцлером Германии Фридрихом Мерцем, Макрон несколько раз пытался приветствовать Мерца. Но канцлер в ответ включил режим тотального игнора.
Сознательно или бессознательно, сказать невозможно. Однако вряд ли стоит удивляться тому, что видео стало вирусным. Сцена кажется снимком того, о чем многие говорят за закрытыми дверями: франко-германские отношения, часто упоминаемый «двигатель Европы», в настоящее время находятся в глубоком кризисе.
После трех дней конференции вырисовывается иная картина, чем ожидалось. Результатом Мюнхена стал не раскол между США и Европой, а углубляющийся раскол внутри Европы. Проще говоря, существуют две противоположные линии: немецкая, которая хочет оставаться тесно связанной с США, и французская, стремящаяся к стратегической независимости.
Открывая конференцию, Мерц говорил о желании укрепить Европу и взять на себя больше ответственности. Некоторые наблюдатели расценили это как сигнал в пользу большей независимости от Вашингтона. Однако речь оставалась расплывчатой. В ней не было конкретных заявлений, и многое осталось на уровне общих формулировок.
День спустя реакция ведущих немецких политиков на выступление госсекретаря США Марко Рубио показала, что заставляет Берлин внимательно считывать сигналы из Вашингтона. Рубио был гораздо мягче, чем его предшественник Джей Ди Вэнс в прошлом году: примирительный тон, однако четкое следование позиции лидера Белого дома.
Все было ровно по методу Трампа: напрыгнуть стремительным ягуаром, затем отскочить, бросить многозначительный взгляд на оппонента и выставить чуть менее суровое предложение, нежели было изначально. Так было в случае с Гренландией, а теперь еще и в Мюнхене. Вэнс был резок с европейцами: из-за миграции, из-за предполагаемых препятствий для набирающих силу партий правого толка. В этом году тон американцев стал гораздо мягче, в том числе для того, чтобы исправить ущерб в трансатлантических отношениях.
Рубио предложил «писать будущее вместе» и возобновить трансатлантическое партнерство. Но по содержанию он продолжал требовать от Европы того же самого: перевооружения, чтобы стать более самодостаточной в своей собственной обороне, а также сближения с политикой Дональда Трампа в области пограничной политики, борьбы с миграцией и климатической политики.
Когда Рубио отдавал дань историческим связям между Европой и США и перечислял европейское влияние на американскую культуру, он упомянул французских исследователей, испанских поселенцев и итальянских мореплавателей. Он с иронией отозвался о Германии, заявив, что немецкое пиво обогатило американскую культуру.
В другой момент он сказал по поводу немецкой истории: что американцы не хотят, чтобы «их союзники были скованы чувством вины и стыда».
Тем не менее Рубио вызвал бурные аплодисменты со стороны немецких политиков. Министр иностранных дел Йоханн Вадефуль, министр обороны Борис Писториус и премьер-министр Баварии Маркус Зедер сидели в первом ряду бального зала в Баварском доме и первыми поднялись, чтобы аплодировать стоя по окончании речи Рубио.
Затем Вадефуль охарактеризовал выступление своего американского коллеги как «позитивное». Он подчеркнул «наши общие позиции между США и Европой». Рубио дал понять, что существуют культурные связи, общий язык и общие демократические основы. Это очень важно. Европа должна принять это предложение о сотрудничестве. Председатель Комиссии ЕС Урсула фон дер Ляйен также выразила свое облегчение по поводу выступления Рубио.
Министр иностранных дел Франции Жан-Ноэль Барро придерживался иного мнения. Когда на пресс-конференции в кулуарах конференции по безопасности в Мюнхене его спросили, успокоила ли его речь Рубио, он ответил с иронией: «Вы думаете, мне нужно было успокаиваться?»
В то же время растут сомнения относительно курса Франции. Франция может оказаться недостаточно сильной, чтобы утвердить себя в структуре европейской власти, поскольку «Макрон много говорит о европейской стратегической автономии, но есть ли в этом что-то большее, чем риторика?»
Впрочем, взаимная критика Берлина и Парижа дополняла друг друга и в обоих случаях была вполне обоснована. Мерц обвинил Макрона в том, что он делает громкие заявления, но не выполняет их в достаточной мере — особенно по вопросу Украины. Париж регулярно обещает поддержку, но не оправдывает ожиданий, когда дело доходит до конкретной помощи, особенно в сравнении с Германией. Существует и политическая неопределенность.
Мерц видит в Макроне президента, срок полномочий которого подходит к концу, а его внутриполитическое пространство для маневра ограничено. В Берлине также растет беспокойство по поводу того, кто может стать президентом Франции в 2027 году.
«Самая большая проблема немцев с Францией заключается в том, что они больше не доверяют французам», — говорит один из дипломатов. В качестве причин он называет политический хаос и экономические трудности страны.
После трех дней, проведенных в Мюнхене, Европа выглядит дезориентированной. Франция кажется «хромой уткой», а у Германии нет четкого плана. Однако «вести дела как обычно» становится все труднее. В то же время народная поддержка нынешнего курса, который, по сути, сводится к все большему вооружению, сходит на нет. В субботу несколько тысяч человек провели демонстрацию против этой политики на задворках Мюнхенской конференции по безопасности. И, судя по некоторым заявлениям американских и европейских политиков, народный протест в Мюнхене был вполне оправдан.
Например, Рубио похвалил западные колониальные державы за «колонизацию новых континентов» и создание глобальных империй, назвал деколонизацию Юга «зловещим коммунистическим заговором» и призвал Европу и Северную Америку восстановить «эпоху господства Запада».Главы европейских государств и правительств ответили на это бурными аплодисментами.
Зловещий призрак империализма, бродивший по Европе перед Первой мировой войной, похоже, вновь начинает материализовываться на континенте.
Встреча с губернатором Калифорнии Ньюсомом — стратегическая ошибка Мерца
Эта встреча вряд ли понравится администрации Трампа: канцлер Германии Фридрих Мерц встретился с губернатором Калифорнии и критиком Трампа Гэвином Ньюсомом на задворках Мюнхенской конференции по безопасности.
58-летний губернатор является одним из самых яростных критиков президента США Дональда Трампа в США. Он считается возможным кандидатом от демократов США на следующих президентских выборах. Однако канцлер встретился с ним в качестве губернатора американского штата Калифорния. Впрочем, вряд ли кого-то в Европе или в США сможет обмануть попытка скрыться за официальными формулировками.
Несколько недель назад Ньюсом уже критиковал европейцев за то, что они не говорят с Трампом прямо. Во время конференции по безопасности в Мюнхене он вновь призвал Европу наконец-то сделать что-то, чтобы противостоять Трампу.
«Дональд Трамп — это временно. Он уйдет через три года», — заявил, в частности, Ньюсом. По словам Ньюсома, Трамп должен быть наказан: «Мы должны подняться, бизнес-лидеры должны подняться, люди должны подняться».
Правительство Германии опубликовало фотографию недавней встречи.
«Трансатлантическое партнерство очень ценно. Во времена великих держав мы будем полагаться на взаимное доверие», — говорится в сообщении. «Мы с Гэвином Ньюсомом согласны: вместе мы сильнее. НАТО — наше общее конкурентное преимущество».
Намек на Трампа? По крайней мере, так это понял доверенное лицо Трампа Ричард Гренелл. Бывший посол США в Берлине прокомментировал встречу Мерца и Ньюсома, выбрав четкие слова. «Немецкое правительство принимает Гэвина Ньюсома», — пишет Гренелл. «Возможно, это самый большой ляп Мерца на сегодняшний день».
Сам Мерц не удержался от критики Трампа во время своей вступительной речи на конференции по безопасности.
«Недостаточно просто риторически реагировать на прихоти крупных игроков, как можно более ловко. Мы должны сосредоточиться на себе», — сказал Мерц, в частности.
«Мы, европейцы, принимаем меры предосторожности. При этом мы приходим к иным выводам, чем администрация в Вашингтоне. Наша задача — признать эту новую реальность. Это не означает, что мы принимаем ее как неизменную судьбу. Мы не находимся во власти этого мира. Мы откроем новые двери, воспользуемся новыми возможностями».
Канцлер Германии также заявил: «Претензии США на лидерство поставлены под сомнение, возможно, они уже проиграны».
Президент США пока еще никак не отреагировал на встречу канцлера Мерца, которого в прошлом июне в Белом доме он назвал «хорошим парнем» и своего заклятого политического противника Гэвина Ньюсома, которого Трамп, обожающий давать своим визави обидные клички, презрительно называет Newscum (игра слов: Newsom и Newscum. При этом Newscum приблизительно можно перевести с английского как «новый подонок»).
Трамп как болезненно самолюбивый нарцисс, никогда и ничего не забывает. И, возможно, что Мерц своим непродуманным ходом нажил себе очень влиятельного и мстительного врага.
Как говорил глава наполеоновской дипломатии Талейран более двухсот лет назад: «Сир, это хуже, чем преступление. Это ошибка».