Фото ©️dpa
На фоне многочисленных войн и кризисов Германия стремится усилить своё влияние в самом влиятельном органе ООН. Однако избрание в этот орган — дело отнюдь не само собой разумеющееся. Даже для одного из главных доноров ООН.
Вполне возможно, что это будет напряженная борьба, когда 193 государства-члена Организации Объединенных Наций в среду примут решение о том, войдет ли Германия в Совет Безопасности ООН в седьмой раз. И испытание для нервов министра иностранных дел Йохана Вадефуля. Не исключено, что в случае неудачи на повестку дня выйдет и вопрос о внешнеполитических навыках ведения переговоров канцлера Фридриха Мерца.
Ведь речь идет о месте в самом влиятельном органе мирового сообщества. С 29 мая Вадефуль проводит в Нью-Йорке многочисленные переговоры, пытаясь убедить, возможно, еще не определившиеся государства отдать свой голос за Германию. Основные вопросы и ответы о выборах.
Как проходят выборы в Совет Безопасности?
Германия баллотируется в региональной группе «Западная Европа и другие» на период 2027/2028 годов на одно из двух мест, освобождающихся в этой группе. Традиционно Германия претендует на место в Совете каждые восемь лет. Федеративная Республика шесть раз была там представлена, в последний раз в 2019 и 2020 годах. По словам дипломатов, Германия еще ни разу не терпела неудачу.
Для избрания в Генеральной Ассамблее ООН необходимо две трети голосов 193 государств-членов. Поскольку Афганистан и Венесуэла в настоящее время не имеют права голоса, большинство составляет 128 голосов.
Каковы шансы Германии?
По мнению экспертов, гонка обещает быть напряженной. Германия соревнуется с Португалией и Австрией. Неудачным для федерального правительства является то, что Австрия заявила о своей кандидатуре еще в 2011 году, а Португалия последовала ее примеру в 2013 году. Берлин объявил о своей кандидатуре только в 2020 году.
В пользу Германии говорит то, что она является членом ЕС и НАТО и считается надежным партнером. Ее значение как страны-донора еще больше возросло после выхода США из многих организаций ООН. Негативно могут сказаться сильные стороны конкурентов: например, Португалия также является членом ЕС и НАТО и имеет тесные исторические и культурные связи со странами Африки и Латинской Америки.
Положительно для Австрии может сказаться ее нейтралитет — Россия и Китай, например, могут увидеть в ней более приятного партнера за столом переговоров. Также предполагается, что некоторые страны не хотят видеть Германию в Совете Безопасности из-за ее позиции по отношению к Израилю в войне в Газе.
Как проходит предвыборная кампания за место в Совете Безопасности?
В Министерстве иностранных дел ведется тщательный учет того, какие страны, возможно, еще можно убедить проголосовать за Германию. Особое внимание уделяется тем государствам, в которых недавно произошла смена правительства — и где, возможно, уже не помнят о договоренностях предыдущего правительства.
Утверждается, что покупки голосов не происходит. В то же время признается, что делается ставка на взаимные договоренности. По принципу: «Помоги мне попасть в Совет Безопасности, а мы поможем тебе занять другой желанный пост».
Но есть и обратная сторона: поскольку голосование тайное, в итоге никто не может проверить, выполнили ли страны свои обещания. По словам экспертов ООН, в конечном итоге доля невыполненных обязательств составляет от 10% до 15%.
Какие решения может принимать Совет Безопасности?
Совет Безопасности может, например, вводить санкции, принимать решения об эмбарго на поставки оружия, направлять миротворческие силы (так называемых «голубых касок») или санкционировать военные операции. Условием является то, что ни один из пяти постоянных членов не использует право вето. Поэтому Совет часто оказывается в тупике, особенно в конфликтах, в которых крупные державы принимают непосредственное участие или стремятся защитить своих союзников. Так, Россия неоднократно блокировала резолюции по Сирии и Украине, а США налагали вето на резолюции по Газе.
Чего ожидает Германия от этого места в Совете?
Большего дипломатического влияния и заметности. Пресс-секретарь правительства Штефан Корнелиус заявил, что Германия выступает за основанные на правилах действия, предсказуемость и соблюдение закона — все то, «что ценно в наши дни». Вадефуль сказал: «Когда речь идет о глобальных кризисах, Германия хочет внести свой вклад. Это соответствует статусу третьей по величине экономики мира».
Что произойдет, если Германия проиграет?
Если Германия проиграет выборы, теоретически она могла бы выдвинуть свою кандидатуру на следующий двухлетний период 2028/29. Однако из-за длительного подготовительного периода на освобождающуюся должность уже есть претенденты, которые уже много лет агитируют за себя — и, возможно, будут разочарованы, если Германия снова выдвинет свою кандидатуру.
И какую ответственность за провал понес бы канцлер?
Конкретно сказать об этом сложно. Что касается канцлера и министра иностранных дел (девиз: «Единая внешняя политика»), то их пресс-секретари подчеркивают, что оба уже несколько месяцев агитируют за выборы и ведут переговоры по этому поводу.
Однако в случае провала, особенно со стороны оппозиции, наверняка будет подниматься вопрос об ответственности Мерца. Даже в рядах «Христианско-демократического союза» за закрытыми дверями высказывали непонимание по поводу того, что представитель Зауэрланда, известный как Außenkanzler, в сентябре прошлого года не полетел в Нью-Йорк на общую дискуссию в ООН. А ведь там, как говорят критики, он ведь мог бы превосходно продвигать немецкую кандидатуру.