Фото © Александр Бойко / Berliner Telegraph
После смены правительства Венгрии в этом году, когда на место евроскептика Виктора Орбана встал еврооптимист Петер Мадьяр, все указывало на то, что германо-венгерские отношения просто обречены на новый позитивный старт. Который оставит позади все разногласия эпохи многолетнего правления Виктора Орбана, открыто бросавшего вызов европейскому мейнстриму. Однако было бы большим упрощением сказать, что отношения Берлина и Будапешта абсолютно безоблачны.
«Впечатляющими темпами правительство Петера Мадьяра продвигало реформы в Венгрии», — льстит федеральный канцлер Фридрих Мерц своему гостю из Будапешта. Венгр уже во второй раз за полгода приезжает с визитом в Берлин.
Венгрия «снова стала активной частью европейской семьи», — радуется канцлер. Однако после этого он довольно быстро переходит к делу, «поскольку стоящие перед нами задачи огромны».
Мерц имеет в виду семилетний бюджет ЕС и вопрос о том, как в будущем будет финансироваться поддержка Украины. Это вопрос «коллективной европейской безопасности и, следовательно, задача для всех нас». И тут становится ясно: со сменой власти в Будапеште кое-что изменилось, но далеко не всё. Мерц и Магяр стремятся к новому началу. Но именно когда речь заходит об Украине, потенциал конфликта по-прежнему велик. Венгрия тормозит процесс оказания новой помощи Киеву.
Еще в понедельник вечером Петер Магяр прибыл в столицу, чтобы выступить с ежегодной речью о Европе в Фонде Конрада Аденауэра, близком к ХДС. Мадьяр воспользовался историческим местом (Парижская площадь) и исторической датой (9 ноября), чтобы вспомнить о радостном общем прошлом — осенние месяцы 1989 года, когда многие восточные немцы добирались на Запад через Венгрию, а затем и вовсе стали свидетелями падения Берлинской стены. Это событие, по словам Мадьяра, глубоко повлияло и на него самого. «Молодой венгр смог учиться и путешествовать в объединенной Германии». Мадьяр, родившийся в 1981 году, в начале нулевых приехал в Гамбург по программе «Эразмус», поэтому свою речь он прочитал полностью на немецком языке.
Мадьяр назвал себя «убеждённым европейцем» в то время, когда вызовы столь сложны, как никогда с времён Второй мировой войны. Европа может гордиться своим «культурным наследием» и обладает достаточной силой и влиянием, чтобы быть важным геополитическим игроком и обеспечивать мир. По сравнению с тем, что до апреля 2026 года доносилось из Будапешта, слова Петера Мадьяра стали для многих настоящим облегчением. Виктор Орбан, не переизбранный после 16 лет у власти, представлял ЕС в качестве врага, постоянно блокировал решения Брюсселя и, пусть и во многом справедливо, изображал немцев как неких подчиненных председателя Еврокомиссии Урсулы фон дер Ляйен. Однако Мадьяр также дал понять, что у него есть вполне самостоятельное понимание роли Венгрии в Союзе. Он неоднократно затрагивал тему «элит», бюрократии в Брюсселе и того, что Европа слишком долго сосредотачивалась на «идеологических вопросах», которых граждане уже сыты по горло.
В частности, Мадьяр назвал «нелегальную миграцию» одной из проблем Европы, а «венгерскую точку зрения» — той, которая теперь находит отражение и в других странах ЕС. Виктор Орбан не только резко ограничил иммиграцию в свою страну, но и сорвал общую политику ЕС в области предоставления убежища, из-за чего Венгрия была приговорена к уплате штрафа в 2024 году и, в случае просрочки, к ежедневной пене в размере €1 млн. Как премьер-министр Венгрии он «не может с этим согласиться», — заявил Мадьяр. И хотя Мадьяр в своих высказываниях звучит более вежливо и мягко, чем его предшественник, по сути он порой не слишком от него отличается.
Это стало очевидным и в канцелярии канцлера, куда Мадьяр привёл с собой четырёх своих министров. Премьер-министр не оставил никаких сомнений в том, насколько низко он оценивает увязывание помощи Украине с переговорами о бюджете ЕС. В конце концов, речь идёт о средствах на семь лет, предназначенных, в частности, для «венгерских, немецких и французских фермеров», а также для студентов. И это, пожалуйста, не следует увязывать с «другими вопросами». Кроме того, Венгрия вносит «очень большой вклад в защиту южной границы ЕС, не только в человеческом, но и в логистическом плане». Мадьяр отвергает критику в адрес позиции Венгрии, но при этом заявляет, что «решение будет найдено».
В то же время премьер-министр Венгрии сослался на меры, принятые предыдущим правительством во главе с Виктором Орбаном. Он напомнил о значительных расходах на охрану венгерской границы, об участии в деятельности НАТО, а также о гуманитарной помощи, оказанной украинским беженцам. Этим он хотел показать, что Венгрия и до сих пор играла важную роль в политике безопасности Европы. В экономических вопросах наблюдалось большее согласие: обе стороны выступили за развитие торговых связей, укрепление энергетической безопасности и расширение сотрудничества в оборонной промышленности. Кроме того, канцлер Германии предложил свою помощь Венгрии в снижении энергетической зависимости от России.