Семья Д. продала дом и участок в Гвинее, чтобы оплатить лечение своей дочери Кадиату в Германии. Девочке было всего 15 лет, когда врачи впервые обнаружили у неё онкологическое заболевание, и началась многолетняя борьба за её жизнь. Спустя десятилетие, когда наконец появилась новая терапия и вместе с ней — надежда на улучшение, жизнь Кадиату внезапно оборвалась. По версии следствия, не из-за болезни, а по вине врача, которому она доверяла.
Сегодня на скамье подсудимых сидит 41-летний берлинский паллиативный медик Йоханнес М. Прокуратура обвиняет его в том, что он на протяжении почти трёх лет убивал своих пациентов — пятнадцать человек в возрасте от 25 до 87 лет. Первый из предполагаемых эпизодов связан именно с Кадиату Д., которую он еженедельно посещал дома в Берлин-Брице.
22 сентября 2021 года, по версии обвинения, врач ввёл Кадиату два мощных препарата — средство для наркоза и препарат, вызывающий полное расслабление мышц. Медицинских показаний для этого не было, согласия пациентки тоже. Следствие считает, что именно эти препараты привели к смерти девушки. Медицинских показаний для этого не было, согласия пациентки тоже. Всего за четыре дня до этого Кадиату выписали из клиники Хавельхёэ: «тяжело больной, но не безнадёжной», — подчеркнул её лечащий онколог, выступавший в суде.
Когда Аиссату Д. обнаружила дочь без признаков жизни, она снова вызвала врача М., которому доверяла. Он приехал, констатировал смерть и оформил документы, указав «естественную причину». Но мать до сих пор ощущает тот ужас и тревогу, которые сковали её в тот момент.
«У меня было острое материнское чувство, что что-то здесь не так», — призналась женщина в суде. Она вспоминала, как врач спокойно сказал, что дал дочери «снотворное», и как она, в отчаянии, произнесла: «Теперь она спит вечно». Через десять дней Аиссату Д. написала врачу письмо с горькой иронией: «Добрый день, доктор Смерть. Как вы? Мои соболезнования».
Правда начала открываться лишь три года спустя, когда тело Кадиату эксгумировали. Судмедэксперты обнаружили в тканях следы мивакурия и мидазолама — тех самых препаратов, которые нашли и у других умерших пациентов Йоханнеса М. Один из экспертов пояснил суду, что такие лекарства могут парализовать мышцы, не затрагивая сознание. Это приводит к ужасающему вопросу: могли ли жертвы врача осознавать собственную смерть, будучи полностью в сознании, но неспособными двигаться или позвать на помощь?
Пока следователи пытаются понять, как паллиативный врач мог превратиться в безжалостного палача, семьи жертв остаются наедине с горем, отчаянием и мучительными вопросами. Адвокат семьи Д. подчёркивает: «Мать до сих пор не может смириться с тем, что врач, которому она доверила жизнь своей дочери, жестоко лишил её будущего».
В зале суда каждая деталь дела вызывает дрожь: показания матери, письма к обвиняемому, которые она отправляла с надеждой на понимание, — всё это словно оживляет трагедию. Каждый взгляд на подсудимого напоминает о предательстве доверия и разрушенных жизнях. Вопрос „почему?“ висит над залом, сжимая сердца всех, кто становится свидетелем этой трагедии. Для родителей и близких ответ остаётся недосягаемым — боль, утрата и недоумение слились в одно мучительное ощущение, которое невозможно облегчить.
В Германии процесс по делу Йоханнеса М. уже называют одним из самых тяжёлых уголовных процессов последних лет. Он продлится как минимум до мая 2026 года.
С каждым новым судебным днём вопрос «как это могло продолжаться так долго и оставаться незамеченным?» звучит всё громче, словно эхо через пустые коридоры доверия, потрясая судебную систему, медицинское сообщество и всё общество, которое вверяет врачам самое хрупкое — последние мгновения человеческой жизни.