В коалиции назревает новый конфликт: СДПГ резко критикует министра внутренних дел Александра Добриндта (ХСС) за сокращение финансирования интеграционных курсов. Вице-спикер СДПГ по внутренней политике Хакан Демир заявил, что решение «катастрофично» и выглядит нелогичным — экономить собираются именно на инструменте, который напрямую связан с интеграцией и участием мигрантов в жизни общества. По его словам, средства на курсы уже учтены в бюджете, а потребность в них никуда не делась: число людей, которые приехали и остаются в Германии, не снизилось настолько, чтобы оправдать сокращения.
Согласно письму Федерального ведомства по миграции и беженцам (BAMF), изменения сильнее всего затронут тех, у кого нет закреплённого законом права на бесплатное обучение. Речь идёт прежде всего об ищущих убежище, военных беженцах, гражданах ЕС и людях со статусом «допущенных» (Duldung). Если раньше в случае свободных мест такие участники могли попасть на курс бесплатно, то теперь, как следует из документа, доступ будет жёстче увязан с наличием средств в федеральном бюджете. При этом МВД публично подчёркивает, что для людей с «позитивной перспективой остаться» курсы сохранятся.
Оппозиция использует тему для давления на министра. «Зелёные» обвиняют Добриндта в двойных стандартах: с одной стороны — требования интеграции, с другой — ограничение ключевого инструмента, который как раз помогает выучить язык и быстрее выйти на рынок труда. В их интерпретации это делает Германию «интеграционным отказником», поскольку инвестиции в языковую и гражданскую адаптацию обычно дают быстрый практический эффект — и для занятости, и для социальной стабильности.
На практике спор упирается в приоритеты: МВД пытается ограничить доступ к бесплатным курсам для групп без прямого законного права, а СДПГ настаивает, что именно широкий доступ к курсам — условие успешной интеграции и ответа на нехватку рабочей силы. Политически это ещё и сигнал о разногласиях внутри «чёрно-красной» коалиции: социал-демократы прямо указывают, что решение принималось без их участия, что усиливает риск дальнейших публичных конфликтов вокруг миграционной и интеграционной политики.