Photo by Christian Fuchs / X
Правый экстремизм в Германии переживает заметное омоложение: всё больше подростков и молодых взрослых втягиваются в неонацистскую сцену, причём особенно в восточных федеральных землях. Молодые радикалы используют социальные сети, уличные акции и субкультурные форматы, чтобы представить национал-социалистические идеи как «нормальную» молодёжную культуру.
Радикальный поворот иллюстрирует история 17‑летнего Финли из Дрездена, который после репортажа о протестах против CSD летом 2024 года за считаные дни стал узнаваемым по всей стране. Он — типичный представитель нового поколения неонацистов: медийно подкованный, внешне «нормальный» подросток, но с открыто демонстрируемыми крайне правыми убеждениями и готовностью к насилию.
Его активность в TikTok, Instagram и Telegram сочетает уверенный стиль, простые экстремистские лозунги и провокации — именно такой формат особенно привлекателен для подростков, ищущих идентичность и «сообщество». Чем радикальнее высказывания, тем выше охват и внутренний статус в сцене.
По наблюдениям органов безопасности и консультативных центров, праворадикальная сцена систематически меняет стратегию: вместо тяжёлых, иерархизированных кадровых партий делается ставка на низкопороговые предложения для молодёжи. Это:
• совместные поездки на демонстрации и марши;
• тренировки по боевым искусствам;
• походы, лагеря, «вечера товарищества»;
• локальные группировки вроде дрезденского «Эльбландрестант» («Эльбское восстание»).
Такие форматы создают ощущение «крутого клуба» и плотного сообщества, скрывающего за собой чётко структурированную идеологию. Молодёжная организация «Die Heimat» получает здесь заметный импульс: фронтовые группы выглядят автономными, но и обеспечивают им приток новых активистов.
Бывшие участники рассказывают, что их привлекали прежде всего ощущение силы группы и товарищество — это позволяло компенсировать личные неудачи и чувство социальной незащищённости. Ненависть к «другим» становится клеем, который держит это сообщество. Внутри распространяется «менталитет Дня X»: идея вооружённого захвата власти после предполагаемого краха системы и последующего изгнания или физического уничтожения меньшинств.
В Гёрлице Финли и другие молодые неонацисты сначала угрожают активистам левого контрпротеста, а затем охотятся за ними на улицах, избивая оппонентов, в том числе женщин. В итоге против Финли возбуждают дело, он получает условный срок — но уже вскоре снова выступает в праворадикальных стримах и планирует международную деятельность в интересах JN.
Ещё дальше зашла группа так называемых «саксонских сепаратистов»: восемь молодых мужчин подозреваются в подготовке террористических действий и планировании нацистского государства в Восточной Германии после «Дня X». При обысках находят нелегальное оружие, боеприпасы, глушители и военное снаряжение; с 2020 года группа тренируется на территории бывшего советского аэродрома.
Одновременно есть примеры, что раннее и последовательное вмешательство может сработать. В Хемнице группа молодых правых экстремистов, напавшая на людей у бара, была оперативно идентифицирована; последовали обыски, беседы с подростками и их родителями, усиление полицейского присутствия на местах встреч. В результате структура «Хемницкого восстания» фактически распалась, а часть молодёжи была выведена из сцены.
Правый экстремизм остаётся одним из центральных вызовов для восточногерманского общества. Если значительная часть взрослых придерживается праворадикальных позиций и не видит в них проблемы, молодёжь неизбежно воспринимает эти идеи как допустимую норму.