Photo by Bundeswehr / X
Министр обороны Германии Борис Писториус сдержанно оценил перспективы потенциальной европейской миссии в Украине, подчеркнув, что, несмотря на привлекательность самой идеи, она сопровождается большим количеством нерешённых вопросов. Об этом он заявил на фоне активных консультаций европейских стран по вопросам дальнейшей поддержки Киева.
В совместном заявлении, принятом по итогам переговоров по Украине в Берлине, говорится о возможности развертывания сил под руководством Европы при поддержке Соединённых Штатов. Предполагается, что такие войска будут оказывать помощь украинским вооружённым силам, а также обеспечивать безопасность воздушного и морского пространств. При этом подчёркивается, что речь может идти и об операциях непосредственно на территории Украины.
По словам Писториуса, европейская инициатива отражает признание общей ответственности за безопасность на континенте. Вместе с тем он отметил, что детали возможной миссии пока остаются неясными.
«Когда президент России Владимир Путин скажет, куда он хочет двигаться, тогда мы посмотрим, что это может означать в деталях», — заявил глава немецкого оборонного ведомства.
Среди открытых вопросов он назвал необходимость мандата Бундестага, а также проблемы командования: «под чьим руководством, где и в каких рамках всё будет происходить».
Заявления прозвучали после виртуального заседания Контактной группы по обороне Украины (Ukraine Defense Contact Group, UDCG), которое Писториус провёл совместно со своим британским коллегой Джоном Хили. В работе группы участвуют более 50 стран, координирующих военную помощь Украине.
Министр обороны Великобритании Джон Хили назвал переговоры в Берлине важным этапом на пути к возможному урегулированию конфликта. По его словам, Лондон уже готовит свои вооружённые силы к различным сценариям.
«Мы должны быть в полной готовности, когда наступит мир — с войсками на земле и самолётами в воздухе», — подчеркнул Хили.
Таким образом, обсуждение европейской миссии в Украине развивается на фоне противоречивых сигналов: с одной стороны — стремление к большей ответственности и готовность к действиям, с другой — осторожность, юридические и политические ограничения, а также продолжающийся конфликт, который не позволяет говорить о скором мире.