Фото © dpa
Около +30° в Рейне, Майне и Одере: июньская жара стремительно нагрела реки Германии. Рыбы страдают от нехватки кислорода, водоросли могут массово размножаться — и эксперты видят в этом лишь начало новой угрозы.
В особенно жаркие дни, такие как конец июня, вода в реках Германии стремительно нагревается — с тех пор ситуация остается напряжённой. Даже для водоёмов, которые частично питаются более прохладной ледниковой водой, перспективы не радужные.
Будь то Рейн, Эльба, Дунай, Везер или Майн: июньская волна жары, побившая все исторические рекорды, сильно нагрела реки Германии. На реках Майн и Одер температура временами достигала отметки в +30°. И даже Дунай, который по-прежнему получает холодную ледниковую воду, приблизился к отметке в +30°.
«Температура воды достигает уровня, который вызывает страх», — говорит эколог-гидролог Ева-Барбара Майдль из управления водного хозяйства правительства Нижней Франконии в Вюрцбурге.
Дела обстоят не лучше и с самой длинной рекой Германии. В конце июня на станции измерения в Кобленце температура достигала почти +30°. Согласно анализу, опубликованному в прошлом году Федеральным институтом гидрологии и нидерландским исследовательским институтом Deltares в рамках их работы для Международной комиссии по охране Рейна, к концу века температура воды в Рейне может повыситься даже на +4,2° из-за изменения климата.
В зависимости от объёма воды, скорости течения и сбросов тёплой воды, например, с электростанций, потепление имеет разные последствия. «Как правило, медленно текущие и мелкие реки нагреваются сильнее», — объясняет Марике Фрассл из отдела микробной экологии Федерального института гидрологии в Кобленце. Там, где много плотин, как, например, на Майне, вода нагревается быстрее, чем, скажем, в Дунае.
«В целом все крупные реки подвержены нагреванию», — говорит Маркус Вейтере, руководитель отдела экологии протекающих вод в Центре экологических исследований имени Гельмгольца в Магдебурге. Он исходит из того, что во время тепловых волн возрастает риск внезапного ухудшения качества воды. «Это проявляется, например, в виде гибели рыбы или массового цветения водорослей, в том числе потенциально ядовитых сине-зелёных водорослей».
«Если такая ситуация затянется на длительный период, у нас возникнет настоящая экологическая проблема», — говорит эколог-гидробиолог Мейдль. В таком случае животные могут гибнуть в больших количествах.
Форель, судак, ручьевая форель и щука предпочитают прохладную воду, а карповые, сомы и гольцы переносят и более тёплые условия. «На самом деле для некоторых видов температура выше +30° — это уже предельно благоприятный диапазон», — объясняет ихтиолог Кристиан Вольтер из Института водной экологии и внутреннего рыболовства имени Лейбница в Берлине. «Но для многих типичных речных видов рыб при таких температурах уже становится явно слишком тепло. При +30° они достигают своего верхнего предела».
В то же время высокие температуры влияют на содержание кислорода в воде. Если растворённого кислорода становится всё меньше, ситуация становится критической. «Весь обмен веществ у рыб и других организмов ускоряется при высоких температурах. В результате возрастает потребность в кислороде», — поясняет Вольтер. При этом кислорода становится меньше.
Марике Фрассл из Федерального института гидрологии предупреждает: «При повышении температуры на десять градусов скорость обмена веществ у животных с переменной температурой тела увеличивается в два-три раза». Кроме того, когда становится очень тепло, водоросли могут интенсивно расти, но затем быстро гибнут массово — и этот процесс разложения потребляет дополнительный кислород.
Конечно, глобальное повышение температуры невозможно остановить с помощью локальных мер по ренатурализации. «Но целенаправленные меры могут создать локальные более прохладные убежища и таким образом оказать, по крайней мере, микроклиматическое воздействие — это важный элемент адаптации к климатическому потеплению рек», — говорит учёная Фрассл.
По словам эксперта по водотокам Маркуса Вейтере, для повышения устойчивости водоемов необходимы долгосрочные структурные меры. «К ним относятся, например, создание тени за счёт посадки прибрежной растительности или восстановление прилегающих водно-болотных угодий». Они служат животным убежищами и одновременно могут поставлять в реку более прохладную воду во время низкого уровня воды.
Ихтиолог Вольтер хочет, чтобы фермеры были обязаны сохранять прибрежные полосы и не обрабатывать поля вплотную к берегу реки. Он бы увязал субсидирование земель с сохранением деревьев и кустарников на прибрежных полосах.
Эколог-гидробиолог Мейдль призывает всех, кто использует реки, например, для прогулок на лодках или купания, проявлять осторожность. Те, кто занимается греблей, должны по возможности не взмучивать донные отложения у берега. Ведь эти отложения, богатые питательными веществами, стимулируют активную жизнедеятельность бактерий и грибов в воде. Это потребляет много кислорода, которого затем не хватает рыбам и микроорганизмам.
Общественные места для купания представляют меньшую проблему, так как рыба там и так почти не встречается. Зато купающимся следует по возможности избегать более спокойных участков реки, поскольку именно туда укрываются рыбы.