Конфликт на Ближнем Востоке докатилась до кошельков немецких потребителей с измеримой точностью. Во вторник Федеральное статистическое управление подтвердило тревожные данные: инфляция в Германии достигла 2,9% в апреле по сравнению с аналогичным месяцем прошлого года. Это самый высокий показатель с января 2024 года.
Главная причина — не локальные налоговые споры и не сезонные колебания, а геополитика. Последовавшее за атакой США и Израиля на Иран 28 февраля закрытие Тегераном Ормузского пролива, через который проходит пятая часть мирового объёма морских поставок нефти, дало о себе знать с кассовым чеком на заправке.
«Общая инфляция растёт второй месяц подряд исключительно из-за очередного витка повышения цен на энергоносители, спровоцированного конфликтом в Иране, — заявила президент ведомства Рут Бранд, — Потребители особенно остро ощущают постоянное давление на цены на моторное топливо.»
Динамика выглядит как откат назад: ещё в феврале годовая инфляция составляла скромные 1,9%. В марте она подскочила до 2,7%, а апрель принёс новые антирекорды. По сравнению с предыдущим месяцем потребительские цены выросли на 0,6%.
Энергетический шок оказался колоссальным. В годовом исчислении цены на энергоносители в целом взлетели на 10,1%. Моторное топливо подорожало на 26,2% — удар по всем, кто пользуется автомобилем. Лёгкое печное топливо показало пугающий рост в 55,1%, что станет тяжёлым бременем для владельцев домов с автономным отоплением.
Лишь два сегмента принесли слабое утешение: электроэнергия подешевела на 4,5%, а центральное отопление — на 1,1%. Правительство Германии, пытаясь смягчить удар, уже ввело временную скидку на топливо, но, судя по цифрам, этого явно недостаточно.
Удивительно, но пока немецкое общество не ощутило всей тяжести кризиса в полной мере. Зильке Тобер, эксперт по инфляции из Института макроэкономики и экономических исследований (IMK) Фонда Ханса Бёклера, отмечает, что ситуация парадоксальна.
«Инфляция в сфере услуг даже снизилась, а рост цен на продукты питания пока остаётся умеренным», — говорит она, видя свет в конце туннеля.
По её словам, если конфликт в Иране завершится в ближайшие недели и пролив откроется, цена на сырую нефть рухнет, а следом упадёт и инфляция.
Однако этот оптимизм разделяют далеко не все. Высокие энергозатраты уже начали давить на производственные и транспортные расходы бизнеса. Экономисты всерьёз опасаются эффекта домино: то, что сейчас проявляется только в ценах на бензин и мазут, через пару месяцев ударит по полкам супермаркетов и счетам за услуги.
Институт экономических исследований IFO из Мюнхена фиксирует тревожный тренд: всё больше немецких компаний объявляют о планах по повышению цен. В зоне риска — в первую очередь общепит и розничная торговля.
Данные статистического управления это подтверждают. Цены на продукты питания в апреле выросли на 1,2%. При этом сахар, джем, мёд и кондитерские изделия подорожали на 6,6%, а шоколад — почти на 10% (9,7%). Мясо и фрукты прибавили по 3,6%. Парадокс статистики: кулинарные жиры и масло неожиданно упали в цене на 13,9% — возможно, вследствие изменения структуры спроса.
В секторе услуг картина неоднозначная. Услуги в целом стали дороже на 2,8%: обслуживание и ремонт автомобилей — плюс 5%, поход в ресторан прибавил 3,2%, а холодная аренда (без учёта коммунальных платежей) подросла на 1,8%. Единственным приятным исключением, которое подтверждает правило, стали пакетные туры — они неожиданно подешевели на 3,5%.
Бундесбанк и федеральное правительство оказались между молотом и наковальней. С одной стороны — необходимость бороться с разогнавшейся инфляцией, с другой — риск задушить экономику процентными ставками. Немецкие водители уже несут убытки, а бизнес затаил дыхание в ожидании развязки иранского конфликта. Ясно одно: ближайшие недели станут решающими для покупательной способности немецких граждан. Если «эффект блокады» распространится на всю цепочку создания стоимости, возврата к комфортным 2% инфляции придётся ждать долго.